— Здравствуйте, дорогие лоянны! Не покажите ли вы мне и моему спутнику дорогу наверх? Мы немножко заблудились, и очень хочется домой.
Сказано это было бодро и дружелюбно, но отчего-то смех резко прекратился, и в нашу сторону обратилось семь остро наточенных узких клинков, изогнутых вверх и зазубренных посередине.
— Ой, — тихо сорвалось с губ. — А вас, оказывается, не трое, — зачем-то добавила я под тяжелый обреченный вздох, донесшийся из-за спины.
Первыми заговорили лоянны. Самому молодому из лунных на вид не исполнилось еще и шестнадцати. Собственно, он и прервал гнетущее молчание:
— Люди?
— Конечно, люди, — утвердительно кивнула я, с опаской посматривая на наставленные в нашу сторону, лезвия.
— А почему вы такие… теплые? — с поразительной наивностью поинтересовался паренек. Как ни странно, старшие не одергивали мальчугана, и держался он более чем спокойно, даже оружие спрятал на место — за спину, между ремнями, образующими паутину поверх легкой рубашки.
— А зачем нам холодеть? — с такой же неспешной интонацией, словно мы прогуливались по парку, уточнила я.
— Я задал вопрос, — паренек нахмурил брови, явно недовольный моей репликой, — и требую нормального разъяснения.
— А я требую проводить нас наверх, в целости и сохранности.
Судя по всему, мне не стоило вести беседу в таком тоне. Тишина снова нависла над нами, но теперь она была не удивленная, а, скорее, враждебная.
— Мы провалились в один из ходов к луне, как вы могли догадаться, — осторожно вставил свое слово дарриец, — и, очнувшись, почувствовали сильный холод. Вы первые, кто встретился нам на пути, и мы были бы очень благодарны, если бы вы указали нам дорогу домой, минуя пронзительные белые потоки. Если хотите, покажем, где их обнаружили.
Маг вопросительно посмотрел на мальчишку. Интересно, когда это Дар решил, что прикидываться недалеким выгоднее, чем выкладывать все карты сразу? Видимо, от меня нахватался.
Еще когда мы сидели в пещере, дарриец уточнил, что обычные люди не знают, что именно происходит под толстым покровом почвы. Только получившим магическое образование или обучавшимся при Дворе открываются многие знания. Простому же люду известны лишь домыслы, слухи, а чаще всего — обычные выдумки с бородатыми легендами, которыми пугают по ночам ребятишек.
Мысленно я согласилась с другом: в сложившейся ситуации было выгоднее строить из себя простачков, гулявших по лесу. Кроме того, я поняла, что юный мальчишка был главным, как бы странно это ни выглядело со стороны.
— Уберите оружие, — обратился он к остальным и повернулся к нам. — А вы можете проследовать с нами, — и, развернувшись, молодой человек пошел в обратную сторону.
Железки действительно были убраны за спины, но двое сопровождающих все же задержались, пропуская нас вперед, чтобы просто некуда было деться.
Когда страх немного уступил любопытству, я стала разглядывать лояннов и размышлять об увиденном. Кожа подземных жителей имела сероватый оттенок, однако это свойство не придавало им вид утопленников, как мне казалось из описания Дара. Скорее, их лица были словно покрыты легким слоем растертых в пыль кристаллов, или мерцающей пудрой. При свете, исходившем от узких зеркал, передающих лунную магию, кожа переливалась: неярко и завораживающе.
В целом они были такими же, как и мы. Строение тела полностью совпадало с человеческим, так что при взгляде на лояннов я не испытывала особого ужаса. Если у них, как и у нас, по паре ног, рук, обычные тело и голова, то их тоже можно грохнуть при сильном желании.
Кажется, Книга постепенно превращала меня в живодерку.
Дар все время нашей недолгой прогулки молчал и смотрел под ноги, а я успела подметить еще пару ярких особенностей наших конвоиров. Как оказалось, у всех были светлые глаза. У кого — с зеленым, у кого — с сероватым отливом. Лишь у мальчишки они были особенными — ярко-голубыми, как топазы в оправе махровых ресниц.
На удивление, лоянны передвигались довольно быстро. И дело вовсе не в том, что я семенила мелкими шажками. Жители подземелья как будто берегли камни, по которым ходили. Их походка была мягкой и беззвучной. Мне же с трудом удавалось поспевать за остальными, хотя я очень старалась, громко стукая каблуками сапог и спотыкаясь на каждом шагу. Коридоры казались бесконечными, и я начала уставать. Правда, прогулка подарила тепло: я согрелась и перестала трястись.