Нарекут меня ведьмой, беглянкою,
Что решила чрез годы осмелиться
Воспротивиться жестокосердному
Да камням под землею довериться.
Лояллэин допела песню тихим мелодичным голосом, и зал разразился бурными пьяными аплодисментами.
Кажется, в рецептуре знаменитого напитка все же что-то закоротило, так как, испив по паре глотков, лоянны потеряли контроль над разумом. Видя блаженные лица отрывающихся от первого ковша сотоварищей, остальные тоже загорелись мыслью продегустировать эликсир, что и привело к тотальной попойке.
Первым обратил на себя внимание старик, синие морщины которого разгладились и явили всеобщему взору широчайшую улыбку «во весь зуб». Выкрикнув коронное «Эгеххэй!», которое стало девизным восклицанием вечера, он пустился в дикие пляски. В недоумении часть пока трезвых лояннов наблюдала, как праздник Луны превращается в торжество безумия. Королева забралась на трон и, раскручивая лиану со звездочками на манер ковбойского лассо, распевала частушки. Причем их содержание вгоняло в краску даже самых синих жителей подземелья. Задрав подолы платьев и оголив тонкие ножки с бирюзовым отливом, местные девушки пустились в пляс.
Напиток успели разлить по фляжкам, чтобы каждый желающий мог глотнуть. Фляги кочевали из рук в руки, пока одна из них не оказалась и у меня. Подумав немного, я решила рискнуть. Сначала мне показалось, что по горлу спустилось расплавленное железо, но уже через мгновение горечь и жжение прекратились, уступив место теплу и умиротворению. Глотнув еще разок, чтобы уж точно не замерзнуть, я поняла, что сегодня и у меня праздник!
Дальнейшее запомнилось смутно. Кажется, лоянны решили построить пирамиду из тел, чтобы подбросить Дара под купол. Этот орел сообщил, что решил научиться летать. Все были в восторге и вызвались помочь. Лояллэин наставляла, что чем больше сил он глотнет от луны перед полетом, тем ярче выдастся полет.
Полет был действительно чарующим, а вот приземление… Кажется, знаменитый маг и чародей, как представлялся Дар каждому подвернувшемуся лоянну, всовывая в руки маленький расписной свиток с именем и должностью, что-то перепутал в заклинании. А может, просто забыл, как колдовать. В общем, он рухнул всем телом на голову сынка Лояллэин и чуть не убил бедолагу. К счастью, все были не в себе и не обратили на это внимания.
Мой вечер тоже был полон событий. Грозясь показать всем кузькину мать и не только, я учила обитателей подземелья игре «катапульта». Группа лоянн становилась с одной стороны и сажала меня на сплетенные руки. Вторая же группа ловила чуть поодаль. Как оказалось, даже местные мальчишки были раза в три сильнее человеческих мужчин, так что получалось у нас замечательно. Ровно до той поры, пока в воздухе не столкнулись два летающих объекта — я и дарриец. Он попросту снес меня, падая из-под купола, и вот тут уже нам обоим потребовалась помощь.
Лояллэин на проверку оказалась великолепным магом-целителем и в мгновение ока вправила мой вывих и излечила отбитый копчик. Над Даром пришлось поработать серьезнее, так как его падение с высоты на довольно твердую поверхность оказалось за этот вечер далеко не первым. Хорошо хоть великая садерра напрочь отбила не только инстинкт самосохранения, но и чувство боли. Дарриец успел сломать правую руку аж в двух местах, но при лечении даже не пикнул, только икал и подергивался, когда пьяная в дрова королева промахивалась с заклинаниями и то делала почки даррийца железобетонными, то печень — оловянной. Под конец друг все-таки обрел обычный человеческий вид, хотя сомневаюсь, что все его внутренние органы были абсолютно здоровы.
В определенный момент купол захлопнулся сам собой, но никого это особо не опечалило. Лишь фейерверк, запущенный магом в толпу, как-то быстро развеялся и превратился в один жалкий «пшик». Пьянка перешла в новую стадию: толпы лояннов развалились у подножия трона и по всему залу, внимая пьяненькой, но обворожительной властительнице.
— А сколько ей лет? — даже пьяная, я задавал вопросы.
— А кто ее знает, — пожал плечами дедушка. — Пока жил, и она жила. Отец мой тоже при ней был, и дед, и прадед. Это у вас кто родит — тот родитель. А у нас лоянн сам приходит к родительнице. Появляется рядом с селением и приходит. Иногда стар, иногда мал бывает. Как получится…
— Сложно, — кивнула я, да так и не подняла головы. Она осталась покоиться на груди, чуть накренившись набок.
— Эгеххэй? — спросили мне в ухо, дыхнув перегаром.