XII. Итальянский антиквариат
– Да, – выдохнула Адела Денхэм на слова Маргерит о том, что ей пора домой. – Думаю, оно и к лучшему, что тебе пора домой.
Хью стоял у чайного столика, лицом к Маргерит, которая откинулась на спинку дивана в гостиной Аделы. Он пристально взглянул на сестру. Та ответила ему таким же взглядом.
– Ты просто прекрасная хозяйка! – язвительно заметил он.
– С чего ты?.. – ответила Адела. – Маргерит, я все так хорошо спланировала и была готова поговорить с тобой и только с тобой, обсудив все – начиная с вчерашнего выступления сестер Карсон и заканчивая моделями белья, как вдруг на пороге появляется мой братец, да еще прежде тебя! И вы двое… ну, теперь я понимаю, что он чувствовал, когда на протяжении последних трех недель ему приходилось терпеть нас с Бобом… полагаю, теперь он решил дать мне прочувствовать то же самое. Дети, я вас прощаю. В конце концов, ваш предбрачный экстаз начался только вчера вечером. Хью, это у тебя такой влюбленный взгляд, или у тебя несварение желудка? Я думала, сегодня ты не прочь перекусить.
– Адела, как бы мне хотелось положить тебя через колено и выпороть, – с явным раздражением выпалил Денхэм.
– Пожалуйста, не надо, – спокойно ответила она. – Твои колени ужасно костлявы – не то что у Боба. Вот у него – приятные и мягкие, и ноги у него меньше, чем у тебя. Так что когда я буду штопать его носки, мне не придется трудиться над такими дырищами, как у тебя. Маргерит, тебе осточертеет…
– Ты думаешь, что я позволю ей штопать мои носки? – оборвал ее Денхэм.
– Конечно! Это входит в брак – холить и лелеять, в том числе и носки, – заметила Адела, в то время как Маргерит хихикнула. – Нет, я не права, это ведь мужчина должен холить и лелеять жену. Интересно, как именно? Нужно спросить у Боба. Полагаю, он будет меня лелеять, понравится мне это или нет.
– Ты совершенная идиотка, – сказал ей Денхэм.
– Боб всегда говорит мне, что я совершенна, но его фразы оканчиваются иначе. Итак, Маргерит, – встала она, увидев, что гостья подымается с места, – мы еще увидимся, когда станем степенными и благочестивыми матронами, или как там говорят. Судя по сегодняшнему дню, до того времени у нас будет не так уж много шансов.
– Дорогая, я сожалею, – ответила Маргерит. – Это моя вина. Вчера вечером я рассказала ему, что приду к тебе сегодня.
– Пособничество и подстрекательство. Но я, словно ангел, прощаю вас, – объявила Адела. – Маргерит, дорогая, я знаю, что едва оставшись наедине, вы предадитесь неописуемым сантиментам, но я считаю, что это – самое лучшее из всего, что могло произойти с моим братцем. Прежде чем ты уйдешь, позволь дать один сестринский совет. Не позволяй ему чувствовать себя этаким «орлом». Сделай с ним то же, что я сделала с Бобом, и начинай прямо сейчас. Приручи его, чтобы он был кроток.
– Не обещаю, – ответила Маргерит, бросив на Денхэма взгляд, показывая, как мало для нее значит это напутствие. – Адела, и еще одно. Ты кому-нибудь говорила о нас с Хью?
Адела покачала головой.
– Ни душе. У меня не было возможности, и, конечно, я не стала бы никому говорить без вашего на то желания. Кроме того, насколько я знаю, официально вы все еще не помолвлены.
– Тогда, пожалуйста, никому пока не говори, – попросила Маргерит.
– Нет? Даже Бобу? Я же могу сказать ему? Он совершенно надежен.
– Если только ты уверена, что он никому не расскажет, – уступила Маргерит.
– Но… Маргерит… – начал было Денхэм, но тут же умолк.
– Это делает все еще более волнующим и загадочным, – едко заметила Адела, – как сказал викарий жене, когда…
– Адела! – резко перебил ее Денхэм.
Та удивленно взглянула на него.
– А раньше ему нравилась эта история, – сказала она Маргерит. – Неважно, я расскажу тебе остальное, когда мы останемся наедине. Я вижу, что вы хотите выйти вместе. Вполне естественно. Хью, ужин в обычное время?
– Не знаю, – с заметным недовольством ответил он. – После того, как я провожу Маргерит домой, я могу зайти в свой офис.
Он направился к выходу. Маргерит на прощание поцеловала Аделу и присоединилась к нему. Они перешли дорогу и какое-то время молча шли по Пэнлин-авеню. Денхэм отворил калитку Маргерит и проводил ее до двери, подождав, пока та не отопрет ее.
– Адела временами заходит слишком далеко, – заметил он.
– Стоит ли нам думать о ней сейчас? – сказав это, она прошла по крошечному коридору и отворила дверь в гостиную. Заглянув в комнату, Денхэм увидел, что камин разожжен, и к нему придвинут диван. – Миссис Пеннифезер я сказала, что по возвращении жду гостя, – пояснила Маргерит. – Извини, мне нужно было освободить вешалку от нагромождения моей одежды. Шляпу и пальто можешь пока положить на этот ящик, если ты не против.