Как мне объяснили ещё в детстве, не бывает такой ситуации, чтоб у кого-то не было соулмейта. Но вполне возможен такой конфуз, что твой человек родится за день до решающего дня. И это никак не мешает системе продолжать функционировать. Что же произойдёт, если двое не встретятся? Всё просто: один умирает, второй продолжает жить, а его предназначением автоматически становится другой человек. Не знаю, какой смысл вникать в эту технологию, если повлиять на неё никак невозможно.
- Эй, Марта, - мягкая рука сестры прикасается к моей, заставляя вернуться в реальность. Я перевожу взгляд с окна, смотря куда-то прямо перед собой. – Ты сама не своя. И прекрати возить этой ложечкой по кругу, уже черт знает какой раз!
Опускаю глаза на полуостывший кофе. Пенки давно уже нет.
- Марта… - сестра поглаживает мою кисть пальцами. – Я волнуюсь.
В ушах появляется резкий звон, который сменяется такой же внезапной тишиной, только звяканье вилок об тарелки слышны, да и те ужасной болью отзываются в висках. Решаюсь посмотреть на сестру. Кажется, словно она замерла, застыла во времени. Её зелёные прядки волос постепенно приобретают серые тона, зелень глаз меркнет, а следом за ней и салатный комбинезон. Видимо, всё становится совсем плохо. Срываюсь с места и выбегаю на улицу. Вокруг – безжизненный город, дымчатая листва и ненавистное блеклое солнце. Единственный цвет, который я могла видеть, исчез. Обычно, у таких одиночек, как я, цветовая гамма постепенно начинает исчезать за год до рокового дня. Мы называем это «тревожный звоночек», который не даёт забыть о предстоящем кошмаре. Если же человеку удаётся встретить соулмейта в этом промежутке – цвета моментально возвращаются, а на месте капсулы образуется отметка в виде креста. Но каковы шансы у меня…?
- Марта, что б тебя! – сестра выбегает из кафе и резким движением разворачивает к себе лицом. – Прекрати меня пугать! Подожди...ты плачешь?
Попытка сокрыть слёзы оборачивается провалом:
- Анита, стало хуже. Теперь всё в одном цвете.
- Нет, нет, нет! – она ухватила меня ладонями за щеки и прижалась лбом к моему лбу. Голос стал заметно дрожать: - мы найдём его, ты мне веришь?!
- Конечно, но мы ведь обе понимаем, что это почти невозможно.
- Нельзя сдаваться, время ещё есть!
- Анита… ты сама не знаешь, кто был твоим человеком, но при этом надеешься отыскать моего.
- Неважно! Главное – заметить, даже знакомиться необязательно! Мы можем быть точно уверены в том, что твой соулмейт где-то рядом, таковы правила системы!
- Да, родиться мог в соседнем городе или даже в нашем, но никто не отменяет тот факт, что люди могут переехать или банально путешествовать.
- Не нагнетай! Ещё есть возможность получить подсказку.
- Центр помощи обреченным даёт её в предпоследний день. Иголка в стоге сена. Ладно, спасибо за поддержку, – натягиваю на лицо фальшивую улыбку, лишь бы сестра не впадала в большее отчаяние. – Дай мне немного времени, хочу побыть одной.
- Я не оставлю тебя сейчас.
- Всё в порядке, правда. Это лучшее, что ты можешь сделать.
Анита крепко обняла меня и нехотя отстранилась:
- Обещай, что не будешь гулять допоздна.
- Конечно.
- Хорошо. Тогда, до вечера?
Я кивнула в ответ и побрела прочь. Ненавижу этот город. Да, в общем-то, не только этот. Все нормальные люди с рождения видят цвета, я же из тех, кто с дефектом. Мой цвет с рождения – зелёный. Всё, что меня окружает, вот уже почти шестнадцать лет, ни разу не стало темнее или светлее серого. Такое, к сожалению, случается, и называется очень просто – врачебная ошибка. Неудачно введенная капсула. Моя семья старалась окружить меня всеми оттенками зелёного, лишь бы немного облегчить бессмысленное существование. Так, каждые выходные, мы выбирались за город и проводили весь день в объятиях листвы, наслаждаясь густой кроной деревьев и сочной травой. Мне очень полюбилась та полянка, где было потрачено столько дней, так что каждый раз, когда опустошенность накрывала с головой, я возвращалась к этой святыне. И, собственно, сейчас я снова иду туда.
Заходишь в метро, садишься на синюю ветку, проезжаешь три остановки, пересаживаешься на зелёную ветку, потом ещё две остановки и выходишь в город. Мне пришлось заучивать все названия станций, чтоб не путаться, но я так часто уходила в себя, что нашла способ запомнить ветки попроще: вправо, три остановки, снова вправо, прямо, а там с левой стороны должна быть зелёная ветка. После – пройти пару кварталов, миновать перекрёсток с изогнутым деревом, дойти до картинной галереи, а после прошмыгнуть по узкой тропинке. Если больше никуда не сворачивать – прибудешь к полянке за пять минут.