- Раймонд… - Тимур замялся. Он несколько секунд молчал, а потом неуверенно и едва слышно произнёс: - Я понимаю, что она играет важную роль для тебя, в том числе как стратегический объект. Мы все знаем, что если поймут, кто установил ей капсулу несколько лет назад, то это будет грандиозный скандал и наше предприятие понесёт суровое наказание, вот только если она умрёт раньше, чем попадёт в руки ищеек, лучше нам точно не будет.
- К чему ты клонишь?
- Для начала напомню, что Марте остались сутки, но если она умрёт здесь – мы будем вынуждены отдать её тело на экспертизу, где правда всплывёт в любом случае. Мы не успеем проверить антитела Эрика, бесполезно прятать Марту.
- Я помню о сроках, но если ничего не попытаться предпринять, тогда мы точно её потеряем.
- Ты потеряешь, - добавила Лия. – Для нас она не несёт особой ценности.
Мне стало неловко от этих слов. Вернее, я и так уже ненавидела себя, ведь столько людей пострадало из-за меня, а теперь необъятный стыд и апатия накрыли меня с головой. Хотелось заплакать, спрятаться от этого кошмара. Чувство бессилия было самым ужасным в эту секунду, ведь я не имела ни малейшего понятия, чем бы могла помочь.
- Давайте иначе, - голос Раймонда вернул меня в реальность. – Зарегистрируйте Эрика и выделите ему комнату. Марта пока что останется в этом помещении, здесь безопаснее. Я вернусь к себе и составлю дальнейший план действий. Нельзя рубить с плеча.
Лия фыркнула и, ничего не сказав, ушла.
- Кажется, она ещё долго будет злиться, - отозвался Тимур и принялся помогать Эрику подбирать комбинезон по размеру.
Раймонд цокнул:
- С ней будет отдельный разговор. В первую очередь, из-за своих амбиций она подставила всех нас.
- Будто твои действия были разумнее, - возмутился Тимур.
Я продолжала наблюдать за их спором в стороне, и только когда все успокоились, а в комнате остался только Раймонд, я смогла выдавить из себя жалкое подобие извинений.
- Ты всего лишь жертва обстоятельств, - он взял меня за руку. – У нас ещё есть в запасе время, ещё целый день! Я обязательно что-то придумаю, как делал это раньше.
В его голосе я ощущала отчаяние. Мне хотелось заключить его в объятия, сказать, что всё будет хорошо в любом случае, но я не могла, ведь сама в это не верила.
- Скоро вернусь, постарайся лишний раз ничего не трогать, - он отпустил мою руку и ушел.
Как бы я не хотела быть спокойной, но негативные эмоции брали верх. Так и оставшись около стены, лишь опустившись на пол, я просидела час, потом ещё один, и ещё один. Никто не возвращался и не подключался к моему костюму. Я была отрезана от всего мира. Постепенно становилось прохладнее, возможно, из-за отсутствия какого-либо движения. Резкая боль, полоснувшая руку, заставила начать обратный отсчет. Сутки… последние. Где же вы, ребята? Мне становится очень страшно.
День 9
20 часов до активации капсулы
Не знаю, сколько я просидела на полу в гордом одиночестве, среди смрада лекарств и застоявшейся в пробирках крови, но за это время уже успела переосмыслить всю свою жизнь. Куда было потрачено столько времени? Что я успела сделать? Значит ли моё существование хоть немного для этого мира…? Думаю, нет. Забавно, что люди резко начинают говорить про смысл жизни, только когда она подходит к концу. Что на счет тех, кто уже прочувствовал на себе риск умереть в мучениях, но обыграли систему и продолжают просто существовать? Почему же они не попытались хоть что-то изменить в этой никчемной реальности? Они поставили жизнь на паузу.
Я продолжаю сидеть и глупо втыкать в кушетку, где несколько часов назад сидел последний обреченный, которого мне удалось повстречать. Какой теперь он чувствует эту жизнь, когда ему грозит смерть только через несколько лет? Мне кажется, она для него осталась такой же бессмысленной, потому что теперь, оставшись здесь, он полностью изолирован от мира, основной набор, который наполнял его желание бороться, утрачен: никакой возможности побродить по городу, обняться с друзьями, посидеть в кругу семьи. Есть ли она у него? Страшно представить, что они испытывают сейчас. Он для них уже мертв.
Я продолжаю думать, и все эти мысли тяжелым грузом оседают в душе. Помнится, как очень давно Анита бежала навстречу по сочной траве. В её волосах играл ветер. Где-то за спиной звучал родительский смех, а в нос ударял приятный запах костра, на котором томились грибы с луком… Как же так получилось, что человечество, которое смогло побороть смертельные болезни, которое имеет свободный доступ выхода в космос, которое разработало такую невероятную вещь, как имитация реальности, всё ещё оставалось заложником некоего механизма, что так упорно внедрял свои правила, заставляя оставаться слепыми и бездушными? Ну нет, быть такого не может, есть ведь и такие, как Раймонд, как Тимур, как Лия. Они продолжают бороться, разрабатывают новые лекарства, ищут выход, которого нет. Значит, не всё в этом мире потеряно, и человек ещё что-то значит.