— Ладно, хватит про монстров. Скажи, что случилось с тобой?
— Ничего особенного, — преувеличено весело ответил Ласка. — У меня просто была небольшая беседа с некромантом, и он слишком долго отказывался рухнуть замертво. — Ласка потянул кончиками пальцев за свой камзол. — Я всё ещё негодую, ведь это был мой новый камзол!
Истван испытующе посмотрел на Ласку и, увидев выражение глаз жилистого вора, медленно кивнул. Мужчина говорил правду.
— Откуда ты знаешь, что он был некромантом? — тихо спросил хозяин постоялого двора.
— Этот чувак обладал силой десятерых, его кожа был твёрдой, как дерево и в конце он вспыхнул огнём. Думаю, этих признаков достаточно. Ах да… из-за него у меня волосы встали дыбом! — Ласка заглянул в свою пустую кружку и вздохнул. — Мне больно признавать, но я чуть не обкакался в штаны из-за страха… и это случилось ещё прежде, чем всё началось по-настоящему! — Ласка поставил кружку на бочку рядом с собой.
— Это был тот тип, что убил слугу? — спросил Истван.
— Думаю, этот вопрос мне буду задавать все. Нет, по крайней мере, Тарида говорит, что это не он.
— При чем тут Тарида? — удивленно спросил Истван.
— Она была там, — лаконично ответил Ласка и бросил на хозяина постоялого двора взгляд, который ясно давал понять, что он больше ничего не скажет.
— В городе есть, как минимум, ещё один некромант, Истван. И именно он убийца слуги, — хрипло сказал Ласка. — А чувак, которого я прикончил, по сравнению с ним — безобидная мелочь! Он был просто капитаном чёрного корабля, из-за которого все здесь дивились. Но ни один настолько, чтобы действительно позаботиться об этой посудине, — сердито заметил Ласка. — Между тем я узнал, что сэр Дженкс интересовался кораблём и капитаном, вот только по какой причине, Тарида тоже не смогла мне сказать! Но всё это имеет какое-то отношение к этой вещице! — Ласка достал волчью голову и поднял её так, чтобы Истван мог разглядеть.
— Вторя волчья голова! — удивлённо воскликнул Истван.
— Я, истекая кровью, притащился к Маме, которая так любезно вправила мне кости. Она говорит, что отдать волчью голову Зине — неплохая идея.
Хозяин постоялого двора хмуро окинул взглядом волчью голову.
— Этот камень, откуда он у тебя?
— Из алданского посольства. Я был неподалёку и подумал, стоит туда заглянуть, может чего найду. Этому другому некроманту, должно быть, в голову пришла та же самая идея. Я был там, когда он опрашивал гвардейца посольства, нашёл ли тот камень. Он не нашёл, иначе камень был бы сейчас в руках наездника душ. Этот парень гвардеец, а не вор, и не знает, где нужно искать. Зато знаю я. И вот, вторя волчья голова здесь! — Ласка посмотрел на высокого хозяина постоялого двора. — Если увидишь Дезину раньше меня, передай, что посол должен быть причастен к делу. Волчья голова была в ящике его прикроватной тумбочки. — Ласка набрал в лёгкие воздуха. — Когда я увидел вчера, что сделал со слугой наездник душ, я испугался до смерти… и просто был рад, что это не я на его месте! С тех пор я натерпелся страха больше, чем за всю свою жизнь… если отбросить те случаи, когда Зина по-настоящему на меня злилась!
Истван удивлённо посмотрел на него.
— Ласка, с тобой я никогда не знаю, когда ты говоришь серьёзно, а когда нет… с чего бы тебе бояться Зину?
— Она твоя дочь, но ты всё равно не знаешь её так хорошо, как я! Говорю тебе, когда она действительно злится, можно подумать, что она убьёт тебя одним взглядом! Если так подумать, оказалось, что она действительно это может!
— Чепуха, — сказал Истван. — Она уже всегда была добродушной девочкой.
— На тебя она никогда не злилась!
Хозяин постоялого двора засмеялся.
— В этом ты сильно ошибаешься… мы оба настолько упрямы, что у нас не раз были разногласия! — Но потом хозяин постоялого двора перевёл взгляд с волчьей головы на Ласку, и последняя толика веселья исчезла с его лица. Таким серьёзным Ласка уже давно не видел Иствана.
— Мы должны предупредить Перьев, а также Морских Змей.
Ласка вскинул руку.
— Ты имеешь в виду, что это ты должен предупредить их… когда я вижу Морских Змей, я всегда начинаю обливаться потом, а с солдатами из Перьев у меня даже появляется сыпь с тех пор, как один из них прочитал мне обвинительный акт! — Ласка демонстративно встряхнулся. — Они хотели рассечь мне мочки сразу обоих ушей и нос и отрубить руку!