— Достигнув третьего уровня, я официально стала маэстрой башни. Это означает, что у меня также появились обязанности маэстры. — Она вздохнула. — Если бы я подумала обо всём получше, то не стала бы сдавать экзамен. До этого момента у меня было предостаточно времени и покоя, чтобы посвятить себя исследованиям, здесь в башне, даже если многие вещи всё ещё были скрыты от меня. Но в тот момент, когда я впервые надела мантию, я поняла, что сама хочу принять вызов. Никто другой не может заставить меня выполнить свой долг. Я даже всерьёз думаю, что верховный командующий забыл, что у маэстро из башни есть ещё другие обязанности, кроме выяснения, как скрестить семена пшеницы или предотвратить разбухание дерева в воде!
— А это возможно? — с любопытством спросил Сантер. Она бросила на него испепеляющий взгляд.
— Возможно. Может быть это и важно, но по сравнению со стоящей перед нами задачей — ничто!
— Хм, — промычал Сантер. — А разве сейчас у нас этим не занимаются инквизиторы?
Они кивнула.
— После того, как маэстро из башни исчезли, эти обязанности было некому взять на себя. Ведомство инквизиторов было создано, чтобы, по крайней мере, частично заполнить ту пустоту, которую оставила утрата Сов в империи. — Она сделала большой глоток чая, затем со стуком поставила чашку на стол. — На службе имперского города находится четыре инквизитора. Я очень хорошо знаю, как тщательно отбирались и обучались эти люди, насколько далеко заходят их полномочия. Я очень ими восхищаюсь, их задача, наверное, одна из самых сложных в империи. Пока я одна, пока не найду других, кто мог бы присоединится к башне, империя будет нуждаться в них. Но они всего лишь замена Совам. Однако теперь в Аскире снова появилась Сова. Я. А поскольку я также являюсь примусом, моя задача заключается в том, чтобы заботиться обо всех тех преступлениях, которые каким-либо образом кажутся необычными или имеют особую важность.
— Верховный инквизитор Перток будет рад, — иронично заметил Сантер. — Он был главным инквизитором Аскира более сорока лет… а теперь откуда-то появляется Сова и заявляет права на его сферу деятельности!
Она посмотрела на него и вздохнула.
— Он явно недоволен, и вы это знаете. Я говорила с ним, пыталась объяснить, что не могу иначе, как принять этот долг. Думаю, он понял… мы договорились, что я буду брать на себя только те случаи, которые верховный комендант лично поручит мне, то есть те, для решения которых могут потребоваться магические способности.
— Ах, — усмехнулся Сантер. — Элегантное решение! Пока верховному коменданту это важно, вы можете продолжать заниматься своими исследованиями. Вы готовы выполнить свой долг, но всё остаётся по-прежнему.
Она слегка улыбнулась.
— В каком-то смысле я надеюсь, что всё останется именно так. Но, с другой стороны, мне натерпится доказать, что я также достойна носить эту мантию.
«Мантию, которой сейчас на ней не было», — подумал Сантер, пряча свою улыбку. Она могла бы понять её неправильно.
— Есть лишь одна проблема, — продолжила она. — Я только совсем недавно достигла третьего уровня. Как я уже упоминала, маэстро из прошлого обычно достигали этого уровня ещё до того, как им исполнялось десять. Если Аскир действительно нуждается в услугах Совы, то, скорее всего, мне это будет не под силу. По сравнению с маэстро из прошлого, я полный новичок, чьи навыки не идут дальше того, чтобы разжечь в печи огонь.
— Понимаю. Что ж, инквизитор исполняет свои обязанности и без магических способностей. Так что это возможно.
Она кивнула.
— Конечно, возможно. Только у инквизитора Пертока есть многолетний опыт, которого мне не хватает. А теперь давайте поговорим об основной проблеме.
— И какой же?
Она снова вздохнула.
— Моей мантии. Знаке моего ранга, легендарной мантии Сов. Она лежала в сундуке, который открылся, когда я сдала экзамен третьего уровня. Она из времён Старой империи, каждое её волокно переплетено с магией и, как кажется, подогнано прямо под меня. Она усиливает мои способности… и в то же время именно эти способности делают меня уязвимой. Прежде чем я научусь контролировать их, мне нужен кто-то, кто будет защищать меня. И это вы, Сантер.
— Я так и думал, — сказал Сантер. — Посмотрим, что я смогу сделать.
Она улыбнулась.
— Это не совсем то, что я имела в виду, Сантер. Когда я ношу мантию, я ощущаю эмоции тех, кто ко мне прикасается. Это может ошарашить, и пока у меня ещё нет практики свободно защитить себя от этого. Так что, пожалуйста, позаботьтесь так же о том, чтобы меня никто не трогал.