– Вспомнили тоже.
– Все мы родом из детства.
– Вообще-то в полиции много кто суеверный, – выпрямил спину Паша. – Патрульным, например, не желают спокойного дежурства. Иначе обязательно случится какой-нибудь форс-мажор: или сумасшедший с ружьем по улице будет разгуливать, или медведь из леса в город забредёт. В общем, стоит только сказать, пусть у тебя сегодня будет спокойная смена, так точно приключится какой-нибудь трэш.
– Вот нам и нужна была твоя мнительность, и ты не подвел. Признайся, после второго звонка Виталины ты уже ждал, что на Михеевском мосту что-то произойдет?
– Я всё равно не понимаю, зачем я вам был нужен.
– Во-первых, вынести вещи Миры из дома и спрятать их на время в ячейке.
– Она не могла это сделать сама или попросить тебя?
– Нет. Каждый шаг Миры отслеживался. Даже на массаж она ходила по-настоящему, вставала у кабинета врача и вместо сеансов разговаривала со мной. Я не успевала забрать её вещи в этот день. И потом, мне тяжёлое поднимать нельзя. Решено было попросить тебя. Но на этом твоя роль не заканчивалась.
Ваня должен был приехать в город с утра. Но на окружном шоссе он попал в пробку и отклонялся от графика часа на полтора. Я нервничала. Если Ваня не успеет к назначенному времени, весь план провалится.
– Ваня – это ваш муж?
– Да, тот, что гоняет фуры по стране. Не представляешь, сколько мне пришлось его уговаривать проехать по жилому кварталу! Но когда он узнал, ради чего я так настаиваю, то согласился. Итак, ты, как и договаривались, уже стоял на нужном месте. Мост отлично просматривался с твоей точки. За день до этого я пробежалась по маршруту, чтобы убедиться, что ты увидишь всё, как полагается.
Мира надела самое яркое пальто, чтобы ты заметил её издалека. Я стояла, спрятавшись за углом дома, и ждала своей очереди. Ваня позвонил, что подъезжает. Мира и Тёма пошли по мосту. Кажется, она даже помахала тебе оттуда.
Паша кивает. Его лицо напряжено, видно, что он пытается уместить всё это в голове.
– Потом на мосту появился Ваня на своей многоножке. Так я называю его машину, её вишнёвый кузов напоминает мне голову насекомого.
Машина заслонила тебе Миру, и ты не мог видеть, как она выкинула в реку телефон, шапку и шарф, как Ваня открыл пассажирскую дверь, как Мира протянула ему Тёму, а потом забралась в машину сама. Они проделали это очень быстро, это заняло времени меньше, чем я рассказываю.
А дальше на мост, или, можно сказать, на подмостки, вышла я. Пришлось для маскировки напялить платок и очки. Всё-таки мы с Мирой сёстры, и я боялась, что ты можешь что-то заподозрить. Но ты был в шоке. Мы на это и рассчитывали. Тогда я поверила в то, что у нас всё может получиться.
Глава тридцать восьмая
– Ты хочешь сказать, что Мира не прыгала с моста? – Паша перестаёт выкать.
– Да, они с Тёмой сейчас в той квартире, которую я снимаю.
Паша неловко вскидывает руку ко лбу, нечаянно задевая локтем парня в наушниках, проходящего мимо. Сколько же здесь народу! Как будто весь город набился в одно кафе.
– Она живая?! И Тёма! Выходит, они не падали с моста?!
Мне хочется, чтобы он говорил тише. Блондинка, сидящая по соседству, повернулась и с любопытством посмотрела на нас.
– Да нет же, говорю.
Паша шумно выдыхает. Трёт лоб и глупо улыбается. Но потом будто что-то вспоминает и внезапно хмурится:
– Вы меня разыграли?!
– Нет, не тебя. Но и тебя тоже. Так получилось. Иначе как заставить всех думать, что человек погиб? И главное, чтобы Стас поверил и не искал Миру.
Надо было организовать очевидцев. Я могла бы сама дать показания, но в паспорте у меня такая же фамилия, что и у сестры. Мы обе остались при девичьих. Полиция сразу бы заметила это. Нанять свидетелей рискованно, да и кто бы согласился? Важно, чтобы свидетель верил в то, что говорит. Ты поверил.
– Получается, что я соврал. Я написал то, чего не видел. Как вы могли так подставить меня?!
– У нас не было другого выхода. Я уверена, если бы мы это не устроили, Мира бы погибла на самом деле.
– Почему она не обратилась в полицию? Не сняла побои?
– Много ли ты знаешь случаев, когда сажали мужей, мучающих своих жён? Да ещё если мужик с деньгами? Были на твоей памяти такие прецеденты, Паша?
– Я только регистрирую сообщения, а не раскрываю их, – он хмурится, потом резко меняется в лице. – Но ведь из-за вас погиб человек. Стас! Он не вынес того, что его семьи больше нет. Если бы не весь этот цирк, здоровый мужик не сиганул бы из окна.