Все по традиции – фотография и песня, хахах. Мы тут не изменяем привычному ходу вещей... Автор жаждет общения, черканите пожалуйста пару строчек перед тем, как у нас полетит-побежит сюжет. По секрету говорю, это последняя глава перед битвой за Хогвартс, будет вам, дорогие мои, экшончик-интриги-расследования. Я решилась на отчаянный шаг, перекинуть битву за Хогвартс на зиму во имя отсутствия временных дыр и телепортов в кустах.
Напишите пару строк, дорогие мои читатели! Хотя бы оставьте, какой пейринг более вам по душе(соц.опрос, прощупываем аудиторию, все дела)
====== Финальный час ======
Комментарий к Финальный час Итак, честно скажу, эта глава особенная... Писать о войне всегда тяжело, если ты не Ремарк, верно? Но я попыталась. И да, тот самый поворот сюжета, который вам так анонсировали, таки произошел. Интересно, заметите ли, мои дорогие читатели? ;)
Мьюзик –
Final Hour – X-Ray Dog
Keep Breathing – Ingrid Michaelson
Визуальчик –
https://pp.userapi.com/c627822/v627822115/1faab/WSzhmRxJ2zU.jpg
https://pp.userapi.com/c627923/v627923232/29473/uGmzvQ75L3Q.jpg
https://pp.userapi.com/c625526/v625526115/41f6d/UmsUde5ZaxI.jpg
https://pp.userapi.com/c625526/v625526115/41f7b/mpPQ2TgADiI.jpg
И, если кому интересно, Теодор Нотт в моем представлении/о да, дорогие мои читатели, это улетит и в шапку, а как вы думали, Тео – только эпизодический персонаж из глав в серединке? не тут то было/
https://pp.userapi.com/c849020/v849020524/10b95a/2YeKwGWrzAQ.jpg
https://pp.userapi.com/c639517/v639517234/36611/lfqXb—iFpQ.jpg
https://pp.userapi.com/c846521/v846521694/1364d5/Xap3YLD029A.jpg
Драко Малфой просыпается рано утром, встаёт, надевает новую, с иголочки, угольную мантию, привычным жестом завязывает зелёный галстук, приглаживает волосы и удовлетворённо хмыкает. Он высоко поднимает подбородок, нацепляет на лицо самодовольную улыбку и выходит из комнаты.
В гостиной Слизерина как всегда тихо, но далеко не пусто. В кресле возле камина сидит сгорбленный, только что вернувшийся в школу после недельного отсутствия, Теодор Нотт. Его руки безвольно повисли на подлокотниках, голова склонена на плечо, но в глазах, Драко это точно знает, хотя они и закрыты, вежливость и спокойствие. Драко ни разу не видел, чтобы Нотта выдали глаза. Его голубые как два альпийских озера глаза – самая лучшая и самая совершенная маска. И тем не менее Тео открывает их и они темные как два омута, в которые упало что-то такое, от чего кровь стынет в жилах. Драко сглатывает и вспоминает, неделю назад Тёмный Лорд убил Нотта-старшего, а Тео вновь сделал сложный выбор. Говорят, он только что приехал с похорон. Драко знал это, ведь он уже готовился к пышной церемонии, куда обязательно должна была быть приглашена вся его семья до уходящего в бесконечность колена. Но Тео всех удивил, неожиданно резко отказавшись от традиционных мероприятий. Поговаривали, что он ездил в Лондон даже не для памятной процессии, а для тайной встречи в Дырявом Котле с Гастоном Сарвоном, который передал ему то ли секретное задание от Волан-де-Морта, то ли последние слова отца, то ли вообще нелегально вывезенное из Франции яйцо с василиском.
— Не спится, Малфой?
Драко вздрагивает и внимательно смотрит на слизеринца. Тот бледный, с темными тяжелыми синяками под глазами, но всё такой же гордый и уверенный в себе, как раньше. Кажется, будто этого человека уже ничто не может сломить. И только друзья знают, что это не так. Свою сторону в этой войне он наконец выбрал. И не Драко его переубеждать.
— Не спится, Нотт, — Малфой улыбается, криво, но как это возможно по-доброму, как это там говорила Мари, чтобы не было как у пожирателя Малфойски и что-то там дальше… Он улыбается и садится в соседнее кресло.
Они молчат. В гостиную спускается заспанный Забини и, зевая, плюхается рядом. Теодор немного отодвигается, жест едва заметный, он тут же себя одергивает, но Драко все замечает.
Тео предпочитает держать дистанцию со всеми и с каждым в этой школе. Исключение какое-никакое, но все же составляют несколько людей, которых можно пересчитать по пальцам одной руки. И даже не досчитать парочки. Тео задумчиво смотрит в книгу по зельеварению, не видя ни одной строчки, греет протянутую к камину руку. Словесные игры и бессмысленные разговоры, итак достаточно редкие, давно забыты на 7 курсе и воцарившуюся тишину нарушает лишь потрескивание огня да неясный звук капающей воды где-то на периферии. Тео медленно закрывает фолиант, откладывает его на стоящий рядом столик, выпрямляется, разминая затекшие мышцы и снова откидывается в кресло. Тео смотрит прямо перед собой и рассеянно думает, что подкрадывающийся рассвет вызывает в нем неясное чувство тревоги.
— В молчанку играем, товарищи слизеринцы? — улыбается Блейз и вдруг обрывает себя на полуслове, неосознанно потянувшись к рукаву. Замирает, рассматривая Малфоя и Нотта, и опускает глаза. Он свой выбор тоже сделал, и не им его судить.
Они сидят рядом, молча, стараясь не смотреть друг на друга, только они многое понимают. В этой войне они выбрали свои стороны — Драко и Блейз хотят служить Тёмному Лорду, бороться за “лучшее будущее”, но в глубине души они не желают ползать на коленях перед Господином, они просто хотят другой жизни, без страха и маггловских выскочек, а, возможно, и с ними. Лишь бы не было этой войны, ведь любая жизнь лучше смерти. А Тео Нотт будет бороться за такое же счастливое будущее, но ему не все равно, кто будет править в этом будущем — он не хочет подчиняться Тёмному Лорду. Ему хочется быть гриффиндорцем, жертвующим собой, а не аристократичным слизеринцем, боящимся лишь за свою жизнь.
Драко запрыгивает на подоконник совершенно не аристократически, но это сейчас последнее, что его волнует. За окном хлещет такой совсем-совсем не зимний дождь, а в гостиной тихо и пусто. Малфой осторожно закатывает рукав мантии и внимательно, чересчур внимательно, рассматривает Чёрную Метку. Она сейчас светится необычно ярко — дает понять, что начинается война. Черт возьми, как будто они не знают этого без дурацкой татуировки! А ведь еще и жжет, зараза. Так вот почему замолчал Блейз… Малфой ругается сквозь зубы, но никто даже не оборачивается. Привыкли. А вот Драко не привык.
— Тео, — вдруг тихо говорит он. Нотт хмурится.
— Тео, давай пообещаем друг другу, что все равно, что бы ни случилось, останемся друзьями. Тео... — сбивчиво шепчет Малфой и весь как-то сразу сжимается. Нотт внезапно улыбается и даже смеется.
— Дурак ты, Малфой. Что я тебе, гриффиндорец какой-нибудь, чтобы друзей предавать?
Драко облегченно переводит дух и, прижавшись спиной к креслу, тоже начинает смеяться. Так они и сидят: два смеющихся до колик слизеринца.
И оба прекрасно знают, что через пару минут ни один из них не признается в этом разговоре. Но это будет потом, а пока они простые смеющиеся парни, которых, как может показаться, не тронула война. Но метка Драко жжет еще сильнее, и он понимает, что сегодня не просто день, сегодня будет не просто день. Сегодня случится… Сегодня.
В гостиную врывается Мари. Она уже давно разговаривает с их дверью на ты и, распластавшись, валяется, свесив ноги, на старых фамильных креслах, усердно делая трансфигурацию, листая библиотечные книги или просто устало таращась в окна-аквариумы. А больше всего она любит слушать на полную громкость «Поттеровский Дозор» в чертовой слизеринской гостиной! Ненормальная… Но он все равно всегда рад ее видеть. Особенно сейчас. Драко здоровается и Мари вдруг становится очень и очень много в комнате, хотя гриффиндорка только зашла. Говорить или не говорить?... В голове проносится миллион мыслей. Все равно ведь не уедет, опять полетит подставлять свою голову под все Авады. А если от него узнает, то подумает… Что подумает? Что он пожиратель и готовится вместе с Темным Лордом ввязаться в битву за Хогвартс? Подумает правду. Сам того не замечая, Драко молча таращился на девушку с самым глупым видом, пока та спокойно читала «Жизнь и обманы Альбуса Дамблдора», крутя локон на палец и лениво листая волшебной палочкой страницы. Только вот тут неожиданно его напряженный взгляд столкнулся с таким же Теодора Нотта. Тот устало потирал лоб и разглядывал Мари так, что любому стало бы не по себе. Смотрит на нее как на живой труп… Пронеслось у Драко в голове. Неужели Нотт тоже знает, что Темный Лорд скоро будет тут? Да нет, бред, отогнал от себя эти мысли Малфой, откуда ему без метки! Но он определенно смотрел на Мари, не просто так. Внутри Драко шевельнулся гадкий флоббер-червь ревности. Это чувство поселилось в нем почему-то с самого первого дня, когда нелюдимый и тихий мальчик Тео вдруг протянул в песочнице свою тонкую ручку Мари и та пошла копать с ним яму одной общей лопаточкой вместо того, чтобы строить вместе с Драко и его десятками ведерок замки и дворцы. Они росли и масло в огонь подливалось каждым метким словом или неожиданно ударившим под дых случаем вроде танца на Святочном бале. А Нотт, которому, казалось, не просто наплевать на Мари, но наплевать вообще на любую девушку, Нотт, который ни разу не обсудил ни с кем свою личную жизнь и не завел никаких отношений даже с банальной скуки. Нотт, который всегда был каким-то сдержанно недосягаемым для любого сентиментального чувства. Именно такой Нотт или такая его хорошая маска, пару раз давала осечку и Драко исходил от неясной злости, замечая вдруг на кубке по квиддичу теплую улыбку, с которой Тео пару раз во время матча смотрел на дрожащую Мари, или сиюминутную помощь, когда она наглоталась приворотного. Это ничего бы не значило, для любого другого, но не для Теодора Нотта, Драко знал, для него такое бывало как угодно, но только не просто так. Пару раз Малфой пытался поговорить, но натыкался на непрошибаемую стену, которая еще и использовала затем этот разговор, чтобы ему досаждать и подшучивать. Тогда Драко наговорил много лишнего, а Нотт… вежливо улыбался, как будто не понимая ничего. Так единственное, что портило сначала мальчишескую, а потом и крепкую мужскую двух слизеринцев, сидело сейчас на кресле и буркнуло.