С нынешней точки зрения странным кажется сбор проб запаха, проводившийся МГБ. Каждая собака-ищейка может преследовать человека на местности, если она находит его след. Но для этого ей необходимо почуять запах этого человека. В классическом детективе комиссар полиции дает псу под нос перчатку преступника. Но разведчик не оставляет перчаток. Поэтому контрразведка ГДР занялась собиранием проб запаха соответствующих граждан ГДР. С каждого, кого подозревали в работе на ЦРУ или БНД, тайно брали такую пробу запаха. Среди них находились также пробы запахов защитников прав человека и диссидентов.
Несмотря на это, ЦРУ во время «холодной войны» удалось внедрить сеть агентов в самый центр государственной власти ГДР — Центральный комитет СЕПГ. Эти агенты были разоблачены в 1966 году государственной безопасностью ГДР и на закрытых процессах приговорены к большим срокам тюремного заключения. До этого они занимались шпионажем в Центральном Комитете СЕПГ и передавали собранные сведения ЦРУ. Таким образом, американская разведка узнала имена и сферы деятельности около 1350 сотрудников ЦК. Передавались также данные о расположении и входах основных мест заседаний в здании ЦК, об охранных постах, сигнализации, местах прохождения телефонных кабелей, средствах связи в восточноберлинских ведомствах и учреждениях, о боевой и стрелковой подготовке сотрудников ЦК и другие подробности. К ним относились и сведения о содержании телефонных разговоров, бесед, стенографические записи и магнитофонные пленки заседаний ЦК. На конспиративной квартире Министерства госбезопасности было установлено подслушивающее устройство. Документы о маленькой, но эффективной шпионской сети в ЦК сейчас находятся в заброшенных архивах ГДР.
Шпионы «Штази» всегда старались сидеть в первых рядах во время событий, делавших мировую историю. Так это было при бойне на Мюнхенской Олимпиаде в 1972 году. В момент нападения на израильскую олимпийскую команду агенты «Штази» сняли множество фотографий. И о попытке тогдашнего Федерального министра внутренних дел Геншера установить контакт с главарем террористов министерство Мильке знало несомненно больше, чем до сих пор известно на Западе. В любом случае, команда ГДР, которая, как писалось в официальных справочниках ГДР того времени, приехала на Изар «в большом коллективе», поселилась в Олимпийской деревне как раз напротив израильской команды.
Но так как о Министерстве госбезопасности, его преступлениях, и об известных шпионских случаях немецко-немецкого противостояния написаны целые библиотеки книг, я вполне осознанно в этом месте отказываюсь от более глубокого изложения этой темы.
А вот курьезным было наблюдение «Штази» за президентами БНД. Журнал «Квик» после падения Берлинской стены опубликовал выдержки из досье «Штази» о Клаусе Кинкеле, который руководил Федеральной разведывательной службой с 1979 по 1982 годы. В досье «Штази» на него, очевидно, к сожалению МГБ, было написано, что у Кинкеля «не было историй с женщинами», то есть, его нельзя было этим шантажировать. Во время заграничных командировок Кинкель по телефону интересовался не только здоровьем своей жены, но и всегда спрашивал об «Арко». В досье Кинкеля, заведенном восточногерманским МГБ, никакое имя не встречается столь же часто, как Арко. Но Арко была не любовницей будущего министра иностранных дел, а его собакой.
С боксером Арко Кинкель пережил в БНД несколько забавных сцен. Женские скульптуры в саду дома президента БНД, которым было уже более пятидесяти лет, Арко невзлюбил. Пес постоянно рычал на них, а пользовался ими лишь для того, чтобы поднять ногу. Но Арко и его хозяину Кинкелю собаки БНД должны быть очень благодарны.
Однажды, где-то во время Рождества, Кинкелю в подарок прислали рождественский пирог весом в пять фунтов, с марципанами и изюмом. В своем «дипломате» он принес пирог домой вместе с бумагами, которые он хотел обработать пораньше на следующее утро. Но следующим утром, как вы уже догадались, Арко лежал, почти как мертвый, глотая воздух, скуля и пукая на холодных мраморных плитах перед камином президентского бунгало. Арко съел за ночь два с половиной килограмма рождественского пирога и вытер лапы о разодранные документы из «дипломата» хозяина. Личный кабинет Кинкеля был похож на поле битвы. Хирург-ветеринар из Штарнберга д-р Рёккен (он, по его же словам, «обслуживает не только собак шпионов, но и отряд сторожевых псов БНД») спас Арко. Он предложил Кинкелю позаботится о том, чтобы в псарне БНД были установлены полы с подогревом, где сторожевые псы после зимнего патрулирования могли бы отогреться. Из благодарности за спасение Арко Кинкель при работах по перестройке зданий исполнил это пожелание. Большинству сотрудников БНД история обогреваемой псарни неизвестна.