В какой-то момент принц прижал меня сильнее, и мы развернулись.
— Смотри.
Глядя над его плечом я смогла увидеть, как к Мэрит из-за спины тихо подходит Сэд. Парень закрыл принцессе глаза ладонями, но она их сбросила и стремительно обернулась. На лице девушки сверкнула яркая улыбка, и она счастливо бросилась любимому на шею.
Он умудрился сделать меня ещё счастливее.
— Эрик! — Мечтательно произнесла я, искренне радуясь за Мэрит. — Спасибо!
Уму непостижимо — Эрик, высокий, сильный Эрик, наследник короны, будущий король — задумался над моими словами, выполнил мою, возможно не совсем адекватную просьбу, но все же выполнил! Он прислушался ко мне, сделал то, что я попросила!
Боги, неужели он и вправду чувствует ко мне то же, что и я к нему?
— Хелена. — Вдруг взволновано отозвался принц. — Что такое с Мэрит?
Но не успела я оглянуться и посмотреть на именинницу, как она закричала.
— Немедленно остановите музыку!
Эрик замер. Я проследила за его взглядом: он был прикован к женщине, стоявшей на вершине лестницы. Изумительную красоту её лица невозможно было не узнать, потому что я её видела бесчисленное количество раз — на портретах, которые мне показывала Мэрит; да и на лицах самих наследников, ведь они оба были копией своей матери.
А это, без сомнений, была именно она.
Но разве… разве их мать не умерла десять лет назад?
— Вот чёрт! — Прозвучал голос Эрика в оглушительно тишине. — Что ты делаешь?!
Он метнулся к Мэрит, закрывая собой сестру, но принцесса уже увидела то, что никогда не забудет.
— Мама! — В голосе Мэрит отчётливо различались истерические нотки. — Мама, это ты?! Мама!
Женщина — королева Офелия? — грациозно подобрала усеянный серебристыми перьями подол платья и кошачьим шагом спустилась по лестнице вниз. Наследники ступили шаг вперед: Мэрит — в естественном порыве ребёнка быть ближе к матери; Эрик — в явном стремлении защитить сестру. Я, стоя чуть поодаль, не могла ни пошевелиться, ни выдавить из себя ни звука.
Зашептались люди. Никто не мог понять, что происходит, но давно умершую королеву узнавали сразу. Многие отступали к выходу, а когда Офелия достала пистолет, врассыпную бросились все.
— С днём рождения, Мэрит.
Прода 01.06
Эрик
Нужно было прикрыть её в каком-нибудь чулане без еды ещё тогда, когда я был на Шпицбергене, но кто мог предугадать, что мать решиться раскрыть свое инкогнито, да ещё и в такой день?
События этого бала навсегда отпечатаются в моем мозгу удушающим кошмаром. Зал опустел в считанные секунды, словно по щелчку — никто не хотел ввязываться в старые распри королевской семьи. Я оглянулся: Ривал чуть ли не силком вёл Фрею к выходу, на ходу схватив Хелену за руку, желая увести и её тоже. Хелена этого не позволила — она освободила руку, сердито сверкнув глазами, и подошла ближе к нам. Я, закрывающий Мэрит собой, Сэд, и Хелена — все, кто остались.
Офелия, довольно улыбаясь, с хлопком сняла пистолет с предохранителя и нацелилась на меня.
— Отойди, Эрик. Тебя я убивать не хочу.
Рядом послышался ещё один хлопок; я скосил взгляд. Сэд держал Офелию на прицеле — его ведущая рука заметно подрагивала. На какую-то долю секунды я им восхитился: какой же силой воли нужно обладать, чтобы угрожать жизни номинального монарха, пусть даже официально уже мёртвого? Я не задам ему вопрос, зачем он принёс оружие на праздник, если только он не позволит в этот день пролиться крови Мэрит и Хелены.
Такого поворота королева не ожидала — она замешкалась, немного опустив пистолет и вернув его на предохранитель. Где-то в коридоре послышался цокот каблуков и в зал вбежала Эрнестина.
— Что ты творишь, Офелия?!
Несколько мгновений — и Эрнестина гордо выпрямилась передо мной, закрывая собой и меня, и Мэрит.
Повисшую в зале гнетущую тишину нарушали лишь наши напряженные вздохи — абсолютно все были напряжены до предела; хватило бы самой крошечной искры, чтобы вспыхнуло пламя.
Лицо Офелии исказилось. Это не было ненавистью или злостью — лишь чистой воды отвращение. Она опустила оружие.
— Эрнестина. — Голос матери так и сквозил желанием всадить пулю в соперницу.
Мачеха едва заметно выдохнула.