Мира заметно расслабилась, не ощущая опасности. Она отлипла от контейнеров и села на середину.
– Меня, кстати, Антоша зовут.
Илона фыркнула:
– Антоша? Местный дурачок, что ли?
Девушка встала на колени на сидение, вцепилась руками в спинку и высунулась из-за нее, чтобы лучше рассмотреть нежеланного попутчика. Парень встретился с ней глазами:
– О, а ты на мультяшку похожа.
Илона хотела огрызнуться, но в ее голосе не было и намека на издевку или насмешку.
– Девчонки, а можете до Иркутска подкинуть? Или высадите где-нибудь поближе, если не туда едете.
– Туда едем, нам по пути, – кивнула Рига, отворачиваясь от парня. Он заметно повеселел:
– Класс, мне повезло, получается. Я если что, заплатить могу, – Антоша пошарил рукой в рюкзаке и вытащил бутылку с насыщенной коричневой жидкостью внутри.
Илона вытаращила глаза, глядя на пятизвездочную бутылку:
– Это что, коньяк? Ты платишь нам коньяком? Трем девушкам? Серьезно?!
Антоша нежно прижал бутылку к сердцу, словно убаюкивая новорожденного:
– Обижаешь, какой коньяк? Это только бутылка от него. Бери выше – внутри крепчайший самогон. Мы с батей лично настаивали его на коре. Отборнейший самогон!
Рига усмехнулась, а Мира с Илоной переглянулись. Машина все еще не тронулась с места, и парень почувствовал, что находится в зыблемом положении. Он вернул бутылку в рюкзак и вытащил следующий продолговатый предмет:
– У меня еще кое-что есть, во!
Илона покосилась на нечто, что парень держал в руках, словно жезл всевластия:
– Боюсь спросить, что это.
– Это кукуруза – молодая, как барашек в горах, – с гордостью представил Антоша початок. Он открыл пошире рюкзак, доверху набитый такими же початками: – Берите, тут на всех хватит! Можно ее сварить, а можно обмазать сливочным масличком, бережно завернуть в фольгу и отправить запекаться в духовку.
Рига взяла в руки початок, который сунул ей Антоша. Она отогнула листок, скрывающий кукурузу, и придирчиво рассмотрела:
– А чего она у тебя такая бледная?
– Так она молодая же, – отозвался парень, – такая и должная быть. Вот если бы она была желтая, то это означало бы, что она уже старая – готовить надо дольше и на вкус жестковата. Вы не бойтесь, что она бледная, как только приготовится, зерна сразу станут насыщенно желтыми.
Парень, вдохновленный культурным растением семейства злаковых, с таким красноречивым упоением рассказывал о кукурузе, что Мира, не сдержавшись, сама потянулась за початком. Антоша с улыбкой протянул кукурузу Илоне. Та поморщилась:
– Не суй мне под нос свою кукурузу! Зачем тебе вообще столько?
– В город продавать поеду. Здесь-то она никому не нужна. Каждый наворовал себе с полей и рад стараться. В Иркутске продажи хорошо пойдут.
Илона повернулась к Риге и проворчала:
– Все, давай, возвращай мне место, пока еще кого-нибудь не подобрала.
Девушки снова поменялись местами, и машина, тронувшись, помчалась по трассе. Вскоре в салоне повисла сонная тишина. Несмотря на то, что девчонки уже успели выспаться, их снова вырубило, как и нового пассажира. Антоша, обняв одной рукой бутылку самогона, а второй – початок кукурузы, едва слышно похрапывал.
Илона вдавила педаль газа. Ей же на руку, что все погрузились в сон. Девушка сверилась с навигатором, чтобы не пропустить нужный поворот.
Спустя несколько часов, когда начало светать, они уже были на месте и проезжали по еще достаточно пустым улицам города. Только уборочные машины чистили дороги и тротуары.
Пассажиры начали потихоньку просыпаться. Протерев глаза, девчонки с интересом примкнули к окнам, рассматривая Иркутск. Антоша, вытерев с подбородка слюну, которую пустил во время сна, напрягся.
– А это мы где?
– В Иркутске, – ответила Мира.
– Ты уверена? – нахмурился парень, что-то подозревая.
– Ну… да. Я здесь никогда не была, но…
Антоша перебил девушку:
– А я вот был. И что-то я не узнаю город.
Илона заерзала на сидении и нервно отозвалась:
– Ой, а ты прям каждую улицу знаешь, да?
– Я знаю точно, что в Иркутске не строят высоток, максимум шестнадцать этажей из-за сейсмической активности. Город может потрясывать до трехсот раз в год. Эти дома явно выше, тут где-то под тридцать этажей, – кивнул Антоша на жилой комплекс, который они проезжали.
Подруги вопросительно уставились на Илону. Та, напрягшись, признала:
– Ну хорошо-хорошо, подловил. Мы в Новосибирске.