- Видишь его? – спросила Дафна, напряженно всматриваясь сквозь мокрое стекло в простершиеся внизу улицы; Трис отрицательно покачал головой.
Выскочив из лифта, спускавшегося, как им показалось, с невыносимой медлительностью, они оказались напротив автомобильной парковки, вдоль которой и побежали, высматривая Деймоса – без плащей, вмиг промокнув под дождем. Свой шокер Дафна предусмотрительно убрала под футболку, чтобы не привлекать внимание прохожих – но те немногие, кого они встретили по пути, все равно провожали их удивленными взглядами. Когда они достигли дальнего края парковки, к главному входу в здание, опережаемые громким звуком сирен, вылетели сразу несколько полицейских машин; если б полиция знала, кого ей предстоит преследовать, то, невзирая на непогоду, прислала бы еще и флаер, подумала Дафна. Дернув Триса за руку, она увлекла его в ближайший, более оживленный переулок; там они укрылись под навесом какого-то магазинчика и вызвали такси, приехавшее за ними уже через несколько минут.
Деймоса они все-таки упустили.
- У тебя кровь, - тихо заметил Трис, коснувшись сперва Дафниной щеки, а затем – и нижней губы, когда они забрались в салон такси – на их счастье, беспилотное.
- У тебя тоже, - ответила она, кивком указав на его затылок. – Сильно больно?
- Нет, не переживай.
- Дай-ка гляну, - Дафна потянулась к нему, но он мягко перехватил ее руку.
- Не стоит, правда. На мне все махом заживает, забыла? Я… я и тебе могу помочь.
- Только не здесь, ладно? Потерплю до дома.
- Может, нам стоило остаться и все рассказать полиции? – помолчав, неуверенно спросил Трис. – Теперь, когда Деймос подтвердил твою версию насчет генетического эксперимента…
- Деймос сбежал, - мрачно прервала его Дафна. – Но, когда мы приедем домой и приведем себя в порядок, я позвоню брату и расскажу ему все, что мы узнали. А перед этим поговорю с Лео – возможно, он уже что-то выяснил… Модификантов у нас нет, но есть основания подозревать ксенологов – и полиция наверняка сумеет вывести их на чистую воду. А там и «другие» отыщутся. Деймос – псих, и его нужно остановить любой ценой!
- А еще у вас есть я. – добавил Трис. – Пора мне уже, думаю, выйти из тени… Хоть я и ни черта не помню. А ведь я был уверен, что воспоминания обрушатся на меня, как озарение, едва я встречусь с «другими»… Должно быть, мой мозг в ту ночь все же получил необратимые повреждения.
- Чушь, - убежденно возразила она. – Прошло не так уж много времени. Ты обязательно все вспомнишь…
- Прости меня, - неожиданно вырвалось у него. – Нам все-таки нужно было сразу пойти в полицию и сдать им Деймоса. Но я так хотел с ним поговорить, так надеялся, что этот разговор все наконец прояснит…
- Он и прояснил. А полиция… ну, что бы они сделали? Попытались схватить Деймоса при помощи шокеров? Да плевать он на них хотел, ты же видел. Только пострадал бы кто-нибудь. Нет, там нужно оружие посерьезнее… Даже ты его не смог задержать, с твоими-то способностями… кстати, почему ты не пустил их в ход?
- Не успел, - сокрушенно пожал плечами Трис. – Завязалась драка, а потом там собрались эти люди… Я боялся кого-нибудь задеть. Ну, а потом меня огрели по голове, - хмуро закончил он.
- Ты ему тоже задал, - попыталась утешить его Дафна. – Черт, я думала, вы друг другу кости повыкручиваете!
- Ты-то точно цела? – Трис тщетно пытался скрыть сквозящие в его голосе тревогу и нежность.
- Вроде да, - она вздохнула, без сил откидываясь на спинку сиденья, закрыла глаза. – Дома разберемся.
Трис какое-то время смотрел на ее лицо, вымазанное в земле, с потеками крови на скуле и припухшей разбитой губой, с прилипшими к щекам и лбу мокрыми, растрепанными волосами, и в душе его, точно рожденная бурей морская волна, вздымалось огромное, несокрушимое, всепоглощающее чувство.
Имя ему было – Любовь.
Глава 13, часть 1
Оказавшись дома, Дафна первым делом отправилась в ванную комнату, захватив с собой чистую одежду – принять душ и хоть немного привести себя в порядок. Стоя под едва теплыми струями воды, она осторожно ощупала свое тело: сбитые ладони и колени саднили, ребра ныли, но, похоже, серьезных травм ей Деймос не нанес. А вот с лицом дело обстояло хуже: на скуле красовалась приличных размеров ссадина, а разбитая нижняя губа раздулась так, словно ее укусила пчела, и цветом напоминала спелую сливу.