- Ди, - зазвучал в ее ухе странно напряженный голос друга. – С тобой все в порядке? Ты сегодня не вышла на работу…
- Все нормально – просто решила поработать дома. Что у тебя с голосом? У самого-то все хорошо?
- Слушай, тут такое дело… - он заговорил тише, и Дафна сделала знак Трису, чтобы тот выключил телевизор. – Сам не верю, что говорю это, но ты оказалась права: с ксенологами действительно не все ладно.
- Ты что-то «накопал»? – возбужденно спросила она.
- Да. И довольно много. Но я бы хотел поговорить с тобой лично, а еще лучше – показать… Сможешь сюда подъехать – только не сейчас, а часов в девять вечера, когда все разойдутся по домам? И чтоб никому пока не слова – даже своему брату!
- Конечно. Лео, - поколебавшись, Дафна бросила вопросительный взгляд на Триса, и тот согласно кивнул, словно прочитав ее мысли. – Я… можно мне взять с собой друга? Помнишь, я рассказывала тебе о Трисе – парне, что спас мне жизнь там, у моста?
- Помню. Ты, что же, хочешь сказать…
- Да. Он сейчас рядом. И он должен знать все то, что ты собираешься мне рассказать. Он и есть та моя тайна, которую я не могла до времени тебе раскрыть…
Леонард помолчал, и по его интонации, когда он заговорил, было непонятно, насколько он удивлен – или, что вероятнее, злится.
- Приезжайте. Только поднимайтесь не через главный вход, а со стороны подземной парковки – не стоит твоему… другу «светиться». Я буду ждать вас в своем кабинете.
- Хорошо. Мы приедем.
- До скорого.
Закончив разговор, Дафна вернулась за стол и слегка ошеломленно взглянула на сидящего напротив Триса.
- Ну, что ж, кажется, мы подбираемся к развязке всей этой истории, - хмыкнув, заметила она. – Лео таки что-то выяснил… Ты уверен, что хочешь поехать к нему со мной?
- Абсолютно. Во-первых, меня это все непосредственно касается – а во-вторых, я не хочу отпускать тебя одну. Мало ли что… И вообще, - в его голосе зазвучала удивившая – и отчасти смутившая ее решительность, - я хочу быть с тобой рядом всегда. Если ты не против.
- Я… - она опустила глаза, отчаянно надеясь, что ее щеки вновь не превратились в два спелых помидора. – Я совсем не против. Только… Господи, все это так банально звучит – но внутри меня сейчас какой-то хаос, сумятица, все происходит так быстро и неожиданно…
- Тебе нужно время, чтобы разобраться в себе? – тихо спросил Трис.
- Нет, мне не нужно разбираться в себе – я точно знаю, что меня к тебе тянет, что ты мне дорог, и я не люблю все усложнять, но… Черт! Наверное, мне просто нужно отпустить наконец прошлое, все эти ужасные месяцы во тьме и боли, проститься с Адрианом, принять тот факт, что моя жизнь продолжается и без него… - Дафна резко вскочила и, подойдя к окну, спрятала лицо в ладонях.
Глаза ее жгли непролитые слезы, но она сама не знала, чем они вызваны – грустью от осознания того, что нужно оставить позади огромный и важный кусок своей жизни, окончательно смирившись с утратой любимого человека, чувством вины перед Адрианом, страхом перед будущим или волнением, которое будил в ней янтарноглазый парень, сидящий за столом в ее кухне… Через минуту она услышала шорох за своей спиной, и большие теплые руки Триса бережно обхватили ее, прижимая к его твердой широкой груди.
- Все будет хорошо, - нежно, успокаивающе прошептал он в ее макушку – и слезы, которые Дафна все это время силилась сдержать, облегченно хлынули из ее глаз, унося с собой всю тяжесть, всю печаль, всю ту боль, что она так долго – слишком долго – держала в своем сердце.
Глава 13, часть 2
* * *
Они стояли друг напротив друга в ярко освещенном лифте, уносящем их десятый этаж Центра – взявшись за руки, точно дети, которым предстояло вместе войти в темный дремучий лес. Дафна надела строгий темно-синий комбинезон без рукавов и убрала волосы в лохматый конский хвост; Трис же по-прежнему был в тех вещах, что она ему подыскала – впрочем, он в любой одежде выглядел потрясающе. Свет ламп зажигал в густых волнах его каштановых волос золотистые искры, бронзовый мех на лице и руках мерцал, а огромные раскосые глаза приобрели оттенок темного меда – Дафна видела такие у фьялов, остроухих лесных кошек, иногда забирающихся в Приграничье. Глядя на парня, она снова подумала о том, что полукровки, как и их предки-дейнары – истинные дети Неолы, ее органичная часть, которой никогда не стать людям. Это было грустно, но… правильно.