Все остальное тонуло в беспросветной черноте, окутавшей ее сознание – и ее жизнь – на долгие месяцы после этого дня.
Резко тряхнув головой, чтобы прогнать назойливые образы, Дафна вновь направилась к шкафу, в котором отыскала запасной дождевик цвета электрик (прежний, весь в грязи и песке, остался где-то в больнице вместе с пришедшим в полную негодность платьем) и черные туфли-лодочки, надетые ею от силы раза два: обычно она предпочитала более удобную обувь вроде ботинок или кедов. Взяла вместо привычного рюкзака небольшую сумочку с длинным ремнем, перекинула его через грудь. Фьюри, услышав, что хозяйка вышла в прихожую, припустил за ней трусцой, забавно переваливаясь с бока на бок, и Дафна, прежде чем покинуть квартиру, подхватила питомца на руки.
- Будь хорошим мальчиком и не проказничай, - напутствовала она хвайка, уставившегося на нее невероятно осмысленным взглядом своих блестящих, как агатовые бусинки, глаз. – Я постараюсь сегодня не задерживаться.
Фьюри стоял на полу неподвижным меховым столбиком, пока она закрывала за собой дверь, и Дафна вновь ощутила легкий укол совести: должно быть, бедному животному было грустно просиживать целыми днями одному в пустой квартире… Крысы ведь – даже лесные – существа невероятно социальные, как и люди, и нуждаются в постоянном общении если не с себе подобными, то хотя бы с другим живым существом.
«Возможно, нужно было все же попробовать вернуть его в лес, к сородичам», - подумала Дафна, спускаясь в лифте на первый этаж своего дома вместе с парой спешащих на работу соседей.
С другой стороны, здесь, у нее, хвайк жил в сытости и безопасности – да и дни свои, как и всякое ночное животное, проводил в основном за сном. Его активность обычно нарастала к вечеру, как раз к тому времени, когда Дафна возвращалась домой. Кроме того, в распоряжении Фьюри всегда была часть ее гостиной со специально оборудованным вольером, который имитировал уголок почти настоящего леса: здесь было небольшое, но раскидистое деревце в широкой кадке, засаженной также травой и мелким декоративным кустарником, деревянный домик с круглым, как отверстие дупла, входом, несколько полочек, всевозможные лесенки, «мостики» и туннели, пара плетеных гамачков – и даже беговое колесо, которое маленький увалень предпочитал игнорировать.
Не было только пушистых товарищей по играм…
Садясь в уже ожидающее ее такси, Дафна всерьез размышляла, не завести ли в компанию Фьюри парочку «обычных» декоративных крыс из зоомагазина – и за этими мыслями скоротала дорогу до Центра. Зеркальное, омываемое дождем здание даже в тусклом свете ненастного дня смотрелось красиво и представительно, сияя перед простершейся напротив небольшой площадью в форме шестиугольной ячейки пчелиных сотов с изящным фонтаном в центре, изображающим двойную спираль ДНК. Место, в котором Дафна едва ли не детства мечтала работать. На ее удачу, выбранная ею профессия позволила ей совместить любовь к животным с тягой к науке – а зоология, вопреки мнению некоторых «серьезных» ученых вроде Леонарда Штрома, все-таки относилась к наукам.
Увы, без Адриана это место утратило большую часть своего очарования.
Такси доставило Дафну прямиком к полукруглым ступеням у входа в здание, и она поспешила ступить под защиту нависшего над ними прозрачного козырька. Поднялась на лифте на ярко освещенный и многолюдный шестой этаж и без четверти девять вошла в свой кабинет, пока еще пустующий. Тим сейчас наверняка еще только собирался завтракать – и это в лучшем случае. Что ж, отсутствие компании Дафну вполне устраивало: она любила работать здесь в тишине и одиночестве, изредка прерываясь, чтобы выпить очередную чашку кофе у большого окна, выходящего на оживленные улицы городского центра. Тем более, ей предоставлялся прекрасный шанс одной просмотреть оставшиеся видеозаписи с Оленьей поляны.
Впрочем, когда, сорока минутами позднее, в кабинете появился сонно позевывающий Тим с мокрым дождевиком в руке, он не выказал особого желания к ней присоединиться.