“Ювелирная точность”, – поддерживает его Мавлод.
Кровь остановилась. Линию раны окаймляет черная запекшаяся кровь. Мальчик осторожно вытирает ладонь об чистый снег. “Теперь волк”.
На земле его туша кажется огромным. Белый волк где-то двух метров в длину и метр в холке. Его глаза остекленели и язык вывалился наружу. Мальчик присматривается к лапам: большущие, с острыми черными когтями размером с его указательный палец. Клыки еще больше. Он представляет, как эта громадная пасть сжимает его руку и легко ломает кость, и его передергивает.
“Ты не сможешь свежевать его рогом. Ножа нет”.
Действительно. Он кое-как срезает большой кусок кожи с заднего бедра и отрезает кусок мяса.
“Мясо хищника”, – его немного передергивает от этой мысли. “Но когда есть нечего, то можно. А как его приготовить?”.
“Ты чувствуешь, когда кипит вода? Сделай мясо чуть горячее, пока не запахнет вкусным”.
Вот так, все элементарно. Без соли, но уплетает он его за обе щеки.
“Этот волк совсем не ожидал такого”, – Мавлод весело смеется. – “Представь, стоишь перед кем-то, а он отрывает свою голову и бьет тебя им!”
Мальчик представляет это зрелище и тоже смеется.
“Тебе очень повезло”, – Сагхлоа приземляет его. – “Волк намного больше и сильнее тебя. Ты победил, потому что действовал без задержки. С медведем так не будет”.
“С медведем так не будет…”
Внезапно у мальчика в голове гудит, перед глазами все рябит и сияет. Световое шоу продолжается всего пару секунд.
“Что это было?”
“Дар Интерфейса”, – отвечает Сагхлоа. – “Очень редко мясо добычи наделяет тебя навыками этого животного. Здесь дикие края, почти все животные дают навыки. Особенно тебе”.
“Это же настоящая игра с кучей бонусов”, – думает мальчик и спрашивает: “А что уже получил Фульвик?”
Веселый было Мавлод вмиг сникает.
“Мы до сих пор ели только зайцев”, – отвечает Сагхлоа. – “Поэтому ты и учуял волка. Это навык зайца”.
“Значит, я получил волчий навык?”
“Да. Прочти у себя в статах”.
“Что, простите?” – недоумевает мальчик и думает про себя: “Статы. Я что, в игре? Для игры слишком реально. У нас таких технологий не было”.
И судорожно пытается вызвать хоть какое-то подобие интерфейса. Пробует сосредоточиться на периферийном зрении, проговорить мысленно разные слова, потыкать пальцем в воздух, но все безрезультатно. Тогда он решает перепробовать разные движения, чтобы случайно наткнуться на приобретенный навык. Наверняка это что-то атакующее, связанное с ударами или прыжком. Если здесь есть статы, то связь с играми точно присутствует, а значит и навык чисто игровой.
Пробует замах с оттопыренными ногтями наподобие когтистой лапы – получается обычный замах. Экспериментирует с разными направлениями и углами – тоже ничего. Устав, пробует по разному прыгать и срываться на бег, но и здесь ничего необычного.
“Это иголка в стоге сена”, – вздыхает Сагхлоа. – “Нужно заранее знать, что делать”.
Он останавливается и выпрямляется, переводя дух. Да, движений бесконечное множество. И что если само знание и есть условие навыка, и только после ознакомления с ним в статах это окажется какое-нибудь обычное движение, которое он уже не раз повторял? В таком случае затягивать здесь время бесполезно.
Удары… Прыжки… Бег… Вой… Укус...
Он направляется к туше волка. Нужно набрать мясо про запас. Находу он думает, как бы соорудить емкость для мяса.
“Выть у меня не получится...”
Можно срезать большой кусок шкуры, высушить ее и сделать котомку, потом наполнить ее мясом.
“Укус”.
Он останавливается над тушей, широко открывает рот и клацает зубами.
Стук зубов разносится по округе эхом. Все замирает. Кажется, даже ветер приутих. Возвращается эхо с далеких гор и холмов: “Клац… клац… клац…”
Мальчик сам замер и не дышит. Осознание приходит сразу:
“Укус! Навык!”
Он в восторге. Сердце его готово выпрыгнуть из груди, он беззвучно визжит и пускается в короткий пляс, но сразу же останавливается. Навык. Волшба. Вот это да. Медленно снимает шлем, опасаясь гнетущего чувства опасности, но все спокойно. Набирает воздуха, медленно раскрывает рот.
“Не рот. Пасть”, – думает он про себя.
И щелкает.
Клац! Эхо.
“Ух-х…” – завороженно выдыхает Мавлод.
Ветер не останавливается, поначалу штиль ему просто померещился. Но почему-то былая тишина кажется еще тише, хотя вокруг все осталось по-прежнему.
“Так, успокойся”.
Звук эффектный, ему нравится, но что насчет остроты? Он смотрит на тушу. Нет. Поднимает руку. Рукав. Толстая кожа с шерстью. “Это бык”, – проносится у него в голове собственная мысль. Пробует языком клыки – похоже, они чуть больше и острее. Как же он не заметил этого раньше? Проводит пальцем по кромке резцов – действительно острые, так и язык откусить легко. Подносит рукав ко рту и легко прокусывает два толстых слоя шкуры до соприкосновения клыков. Смотрит на результат: на месте укуса шкуру можно оторвать руками, настолько она истончалась.