- Да и хрен с тобой… - махнула рукой и всё же поплелась в сторону раздевалки, мечтая о душе. А лучше бы кофе, литра три. Внутривенно.
Какими-то непонятными скачками мыслей пришло осознание, что никому я не нужна. А ещё через минуту я просто села на траву и протянула ноги, срывая уже вянущие цветочки.
Вокруг ходили студенты и шумно обсуждали последние новости, учёбу, парней, девушек, преподавателей, новые шмотки.
Такое чувство, словно мимо меня прошла целая жизнь, а я просто сидела и наблюдала за этим.
У кого-то на этой полянке перед входом в корпус был первый поцелуй, кто-то расстался, познакомился, первое свидание, драка, истерика из-за сессии (у меня была, да). Какое-то волшебное место, честное слово.
- Глупый, глупый парень. Заноза в заднице. Балаболка, великовозрастная, - не удержалась я от комплимента о лучшем друге.
И погрузилась в светлые воспоминания о первой встрече с Веней…
Глава 4. Шоколадка за обещание.
Пятнадцать лет назад…
Екатерина Васильевна Зотова никак не могла собрать младшую дочь на прогулку:
- Мариночка, солнышко, одевайся, прошу тебя, - умоляла мать непослушную дочку, носящуюся по всему дому и никак не желавшую остановиться хоть на мгновение.
Стоящий рядом с матерью восьмилетний Кирюша, старший брат Марины, лишь закатывал глаза:
- Мам, а она точно девочка?
Екатерина Васильевна, пытавшаяся ухватить дочь за руку, отвлеклась на сына и упустила Марину:
- Вот же… Конечно, девочка! К чему такой вопрос, сынок?
Кирилл лишь хмыкнул и указал на сестру, которая уже во всю пыталась избавить кота Барсика от усов при помощи ножниц:
- Мне кажется, она дьявол.
- Что за глупости? – всплеснула руками Екатерина Васильевна и побежала спасать несчастное животное.
И вот, Барсик спасён, маленькая Марина заливалась слезами из-за потери лучшего друга, Кирилл снова вздыхал, подражая отцу, а уставшая Екатерина Васильевна исхитрилась и одела наконец-таки неугомонную дочь. И все вместе, не считая ошарашенного кота, они пошли на детскую площадку.
***
Этим же солнечным днём на прогулку собиралась семья Яковлевых. С той лишь разницей, что Венечка, единственный всеми любимый сынок отца и матери, бежал впереди родителей, забыв про ботинки.
- Стёпа, - заливисто смеясь, обратилась Анастасия Игоревна к мужу, - мне кажется, наш сын знает что-то, чего не знаем мы.
Степан Викторович удивлённо взглянул на жену в немом вопросе.
- Понимаешь, - натягивая на ножки наконец-то отловленного на лестнице сына ботинки, продолжила Анастасия, - он ни разу так не спешил на детскую площадку, как сегодня. Вот, даже про свои любимы красные ботиночки забыл.
- Не смеши меня, Настя, - усмехнулся Яковлев, его жена в ответ на его саркастическое выражение лица лишь улыбнулась.
Ровно в одиннадцать часов дня две семьи вышли из разных домов и направились к одной и той же площадке.
Шестилетний Вениамин и четырехлетняя Марина были совершенно из разных семей.
Если семья Вени жила в любви и понимании, не оглядываясь на материальное положение, то семья Рины была полной противоположностью. Конечно, Марина и Кирилл не знали отказа ни в любви родителей, ни в ласке, но на первом месте для их отца и матери был статус.
Именно поэтому первые слова, шаги, достижения детей видели, увы, не родители, а няня, Светлана Васильевна. Она для Марины и Кирилла стала лучшим другом, именно к ней дети бежали рассказывать о радостях и горестях.
Песочница стала первым местом встречи Марины и Вениамина. С этой встречи и началась самая сильная, верная, несокрушимая, многолетняя…вражда!
Кто может понять детей? Только сами дети.
В первое же мгновение их взгляды встретились, соединившись, словно два клинка и началась борьба за «место под солнцем».
Каждую их встречу сопровождали: драка, слёзы, снова драка, песок в волосах и нокаутирующий удар лопаткой или ведёрком.
Не раз Светлана Васильевна спрашивала маленькую Марину о её «враге», пыталась понять причину их войны. Но девочка лишь надувала щёки, скрещивала руки и уходила в глухую оборону, не отвечая ни на какие вопросы.
Вениамин придерживался такой же тактики. Родители посмеивались над сыном и изредка поддразнивали.