В полдень в зал клуба совхоза «Туркестан» ввели двух подсудимых. Они сразу сели на скамью, отирая пот с взволнованных и отягченных печалью и тревогой лиц. Сауранбаев мельком посмотрел на них, но тут же вновь углубился в свои бумаги. Он подготовил обвинительную речь и старался, чтобы ничто, в частности, невольное безотчетное сочувствие к виновным в краже зерна не помешало ему сохранить страстность и стремление обличать.
И лишь ему предоставили слово, он напористо, интенсивно, обрушивая на суд и на слушателей процесса доказательство за доказательством, довод за доводом, быстро и энергично обвинил подсудимых в преднамеренном злостном хищении и потребовал лишить свободы каждого обвиняемого на три года.
Когда председательствующий посмотрел в сторону адвоката Жетписбаева, тот кивнул головой в знак того, что он сейчас будет говорить, но некоторое время даже не вставал с места, а встав, тихо сказал:
— Государственный обвинитель, уважаемый товарищ Сауранбаев, неправильно понял свою задачу. Он понял ее так, что надо обвинять во что бы то ни стало. Но надо было разобраться в материалах следствия, тогда ему бы стало ясно, что в отношении одного подсудимого необходимо вынести оправдательный приговор, а в отношении другого — ограничиться мерами наказания, не связанными с лишением свободы, ибо та статья Уголовного кодекса, на основании которой прокурор требовал трех лет тюремного заключения, не может быть применена к проступку подсудимых.
Никогда дотоле не приходилось Сауранбаеву чувствовать столь остро, что он буквально сгорает от стыда. Но ни капли недовольства опытнейшим юристом, который блистательно опроверг все обвинительные выводы прокурора, у него не было. Как он ни краснел от стыда, он нашел в себе силы подойти к Жетписбаеву после завершения судебного процесса и сказать:
— Благодарю, аксакал. Поверьте, вашего серьезного урока не забуду.
И действительно, не пришлось больше прокурору Сауранбаеву попадать в такое неловкое положение, как тогда в совхозе, поскольку вскоре уже не было, наверное, в районе другого такого человека, в совершенстве изучившего массу законов, огромное количество постановлений и старающегося ныне, чтобы ни одно его слово, произнесенное в кабинете или в суде, не имело и малейшей тени расхождения с законом.
Без обобщения нет прокурорского надзора. И проверка соблюдения законности должна быть обоснованной, с обязательными ссылками на законодательные акты, инструкции, положения. Формулировки обобщения кратки, немногословны. Например, возникает необходимость проверить автобазы, работу госавтоинспекции: количество автодорожных происшествий заметно возросло. Можно, разумеется, скрупулезно проанализировать все протоколы, аккуратно и добросовестно составленные, детально разобраться в многочисленных описаниях происшествий и даже составить на основании этих томов обобщающее заключение, но все останется без движения, если прокурор не примет действенное решение.
И потому, проверяя соблюдение законности, Сауранбаев одновременно готовит выступление на совещании по проблемам автотранспортных происшествий. Его дополняют руководители предприятий, водители. Но прокурор считает это недостаточным. Он выступает на районном совещании водителей, а также на кустовых. Однако прокурору и этого мало, разговор о проблемах безопасности движения переносится по его настоянию на сессии местных Советов. Прокурор пишет статью в районную газету, и чабаны где-нибудь за много километров от райцентра, прочитав газетную заметку, говорят, когда приходит, например, машина с комбикормами: «Что прокурор писал?» И не подпускают к машине детей.
Мало того, постоянно занятый проблемой автотранспортных происшествий, прокурор изо дня в день готовит представления, постановления, где перечисляются конкретные мероприятия, называются виновники упущений, халатности, безалаберности, отмечаются добросовестные работники.
Он постоянно знакомится с законодательством, имеющим отношение к разрешаемой проблеме: заново изучает даже то, что хорошо знает, потому что стремится к безупречности своей теоретической подготовки. И чтение это не напрасное — последняя инструкция Министерства автомобильного хозяйства вводит дополнительные штатные единицы на автобазах — инженеров по технике безопасности. Сауранбаев внимательно вчитывается в перечень их обязанностей, вновь и вновь проверяя, не упустил ли он сам в проведенной работе чего-нибудь...