Факты хищений возможны прежде всего там, где учету и контролю не придается должного значения, где в результате неправильного подбора кадров к материальным ценностям допускаются лица, не внушающие доверия. В этом отношении весьма неблагополучно обстоит дело в потребительской кооперации, а также в некоторых совхозах республики.
Недавняя проверка соблюдения законов о сохранности социалистической собственности в ряде районов Алма-Атинской области (Балхашском, Илийском, Каскеленском и других) показала, что в иных совхозах даже не заводятся личные дела на материально ответственных лиц, не заключаются с ними договоры о материальной ответственности, совершенно не проводится аттестация этой категории работников. Без оснований списываются недостачи и растраты с конкретных виновников.
Причина многих хищений — слабый контроль за сохранностью материальных ценностей и денежных средств. Годами иногда не контролируется деятельность многих торговых работников. О каком контроле может идти речь, если, например, расхитители народного добра из Кустанайского горкоопторга — начальник виноразливочного цеха Шения, старший бухгалтер Шемет и другие — два года воровали вино и присваивали вырученные от продажи через торговые точки деньги?! И никто за это время не проверил, чем же занимаются эти люди.
Продавец Убинского сельпо Шемонаихинского райпотребсоюза Воропаева, растратив более чем на две тысячи рублей материальных ценностей, скрыла этот факт, засыпав 13 мешков из-под сахара речным песком!
Как создаются условия для беспрепятственного воровства и на какие ухищрения подчас идут расхитители народного добра, можно проиллюстрировать на факте, имевшем место в Восточно-Казахстанской области. Глубокой ночью поступило сообщение о разбойном нападении на магазин № 97 в Лениногорске. По телефонному звонку запоздалого прохожего стало известно, что охранник магазина лежит без сознания, сторожевая собака отравлена, двери магазина взломаны, товары разбросаны...
На допросе сторож Я. В. Пономарев рассказал, что, заступая на дежурство, он принял угощение от продавца М. П. Матросовой и уборщицы Л. Ф. Ивановой. Они преподнесли ему солидную дозу водки и он счел «неудобным» отказаться, хотя понимал, что после выпивки охрану объекта нести не сможет. Его при этом не насторожило и то, что в стакане была мутная жидкость, по поводу чего он даже пошутил: «Девчата хотят очаровать меня». По заключению врачей, Пономарев получил стойкое отравление: анализ показал следы люминала.
Осмотрели магазин. Выбита нижняя филенка у наружной и у второй двери. Но, странное дело: по всем обстоятельствам выходило, что дверь преступники ломали не снаружи, чтобы проникнуть в магазин, а наоборот, изнутри, чтобы выйти из помещения.
Вызванная для участия в осмотре продавец Матросова стала сразу же пояснять, какие товары исчезли из магазина. В этом хаосе она тут же заметила отсутствие часов, серег, двух костюмов, сапожек и еще некоторых товаров. Высказала она и свои подозрения, кто мог совершить этот грабеж. Продавец продолжала толковать о «несчастье», а у следственных работников начинала вырисовываться другая версия: симуляция разбойного нападения с целью скрыть расхищение народного добра, которое, судя по всему, совершалось и раньше. Эта версия окрепла после того, как были сняты остатки товаров по магазину и установлено, что недостача выражается десятками тысяч рублей.
Было принято решение произвести обыски у лиц, имевших отношение к магазину и, прежде всего, у Матросовой. Хотя продавец заявляла, что выручка по магазину накануне разыгравшихся событий была сдана, у нее обнаружили крупную сумму денег, причем в стеклянной банке в тайнике под полом сарайчика. Несколько меньшая сумма была найдена у уборщицы магазина, но интересно, что спрятаны они были аналогичным способом. Значит, действовали преступницы сообща. Об этом говорило и то, что часть товаров, исчезнувших ночью, была обнаружена у «пострадавших».
Начали выяснять, кто посещал Матросову и Иванову, с кем те поддерживали связи. Покупатели, постоянно пользовавшиеся услугами этого магазина, рассказали, что последнее время крутились в магазине два каких-то подозрительных типа. Они пользовались особым входом в подсобку, выпивали там, уносили какие-то свертки. Постепенно вырисовывался облик этих людей. Ими оказались ранее неоднократно судимые Тарабардин и Гамаюров, которые за соответствующую плату договорились с Матросовой обворовать магазин, и даже получили определенный задаток за «операцию» — дорогостоящие костюмы, сапожки, пуловеры и прочее.