нах Орла и Харькова... Вот бы где нам, гвардейцам, развернуться во всю силу!.. Успокаивало то, что наш кубанский боевой опыт используется авиацией над Курской дугой. Теперь всем стало ясно, что это лето будет нашим, что враг навсегда потерял свои преимущества, что наша победа близка».
В то же время у пополнения появилась возможность пройти за два месяца курс покрышкинской «академии» на «Аэрокобрах». Конечно, и два месяца — это немного, тем более в боевых условиях. Но доминанта Покрышкина оставалась неизменной — надо извлечь все возможное из ситуации и только победить. Несмотря ни на что. Но с минимальными потерями.
17 июля 1943 года 216-я истребительная авиадивизия была преобразована в 9-ю гвардейскую и введена в резерв Ставки Верховного главнокомандования. Начальник разведки дивизии майор Е. Новицкий ответил на вопросы молодых летчиков: «Посылать будут на самые ответственные участки — туда, где воздушная обстановка сложнее и труднее... В резерв Ставки передаются самые лучшие части!»
Из Поповической, где 16-й гвардейский полк базировался с 11 апреля, часть переводят в станицу Старо-нижнестеблиевскую.
Не все шло гладко. В первом боевом вылете Покрышкин назначил Клубова ведущим второй средней пары (ведомый — Виктор Жердев) в своей «этажерке» из восьми «кобр». Завязался бой с группой Me-109. Один сбит командиром. Клубов с Жердевым устремились за уходящим мессером и оторвались от группы. По возвращении Покрышкин проводит краткий разбор: «Остановился на ошибке Клубова, которая могла привести к встрече с крупной группой вражеских истребителей. Этот отрыв ослабил нашу группу, главной задачей которой был перехват бомбардировщиков». Как всегда, главное для Покрышкина — не увеличение счета сбитых, а выполнение боевой задачи. Этому его ученики должны следовать всегда.
К 1 августа Клубов произвел 15 успешных боевых вылетов на «Аэрокобре», провел пять воздушных боев. В одном их них, 23 июля, он открывает свой боевой счет в новом полку. Патрулируя в составе шестерки «кобр» (ведомый — Николай Чистов), Александр точной очередью в упор сразил «Мессершмитт», который упал в районе станицы Молдаванской.
Клубов назначен заместителем командира первой эскадрильи, Героя Советского Союза Григория Реч-калова, ему присвоено звание «старший лейтенант».
Учеба завершена. В дивизию приходит долгожданный приказ о перебазировании в состав Южного фронта. Первой вылетает восьмерка майора Покрышкина, на которую он возлагает большие надежды в предстоящих боях. Ведомый командира — Георгий Голубев, ведущий второй пары в звене — Виктор Жердев, второго звена (четыре самолета) — Александр Клубов. Впереди — Миус-фронт, бои за освобождение Донбасса. Под крылом — степная ширь юга Украины, конусы терриконов у шахт, горячий ветер августа.
Во всей войне свершился к этому времени коренной перелом. Эшелоны поездов доставляли к фронту технику, боеприпасы, топливо и все необходимое. В тылу, по словам автора песни «День Победы» В. Харитонова, «дни и ночи у мартеновских печей не смыкала наша Родина очей...». Люди в погонах заслуженно получали Золотые Звезды Героев, ордена Суворова, Кутузова, Александра Невского, Отечественной войны. Готовилась Тегеранская конференция, на которой впервые встретятся главы трех союзных держав: И.В. Сталин, президент США Ф. Рузвельт и премьер-министр Великобритании У. Черчилль.
Фронт и тыл советской страны овевали необычайно светлые и теплые песни, родившиеся в годы войны: «Темная ночь» и «В землянке», «Синий платочек» и «Огонек», «Прощайте, скалистые горы» и «Моя любимая». Полетело по фронтам самоназвание наступающей армии — «братья-славяне».
В Главном политуправлении армии и флота ненавистного военным прежнего начальника сменил умный и душевный А.А. Щербаков. Еще в 1942-м была издана 50-тысячным тиражом книга «Правда о религии в России», где говорилось о сатанизме Гитлера и его идеологов, заменивших Христа фюрером, а Библию — «Майн кампф».
4 сентября 1943 года И.В. Сталин принял митрополита Московского и Коломенского Сергия, митрополита Ленинградского и Новгородского Алексия, митрополита Киевского и Галицкого Николая. Встреча превзошла все ожидания владык. Митрополит Николай (Ярушевич) вспоминал: «Казалось, само Небо опустилось на землю».
Неоднократно репрессированный в 1920—1930-х годах, а ныне причисленный к лику святых архиепископ Лука (В.Ф. Войно-Ясенецкий), он же один из ведущих хирургов Красной армии, лауреат Сталинской премии 1-й степени, в своих статьях в «Журнале Московской Патриархии» писал: «Гитлер, часто повторяющий Имя Божие, изображающий с великим кощунством крест на танках и самолетах, с которых расстреливают беженцев, должен быть назван антихристом. Богу нужны сердца людей, а не показное благочестие. Сердца нацистов и их приспешников смердят пред Ним дьявольской злобой и человеконенавистничеством, а из горящих сердец воинов Красной армии возносится фимиам беззаветной любви к Родине и сострадания к замученным немцами братьям, сестрам и детям. Можно ли, говоря об извергах-немцах, вспоминать о святой заповеди Христовой «любите врагов ваших»? Нет, нет, ни в коем случае нельзя! Нельзя, потому что любить их совершенно и абсолютно невозможно не только для людей, но и для ангелов, и для самого Бога Любви. Ибо и Бог ненавидит зло и истребляет злодеев».
Вспоминает летчик 16-го гвардейского полка В. Никитин:
«Перелетели на другой фронт. Настроение у всех приподнятое: на центральных фронтах дела идут хорошо и наш фронт скоро пойдет в наступление».
На 20 июля 1943 года в полку состояло 187 человек, из них летного состава — 33 человека, инженернотехнического — 71. В архивной справке приведены данные о возрасте летчиков: 1907—1911 годы рождения - 2,1912-1916 - 3,1917-1921 - 16,1922-1923 -12. Указана и национальность: 30 — русские, два украинца и один белорус.
Дивизии в том году предстоял трудный путь от Донбасса до Крыма. И где бы ни вводилась в действие 9-я гвардейская, она неизменно ломала ситуацию в небе, громила армады немецких бомбардировщиков, надежно прикрывая наши наступающие войска. Эти жесточайшие бои за освобождение от немецкой оккупации юга Украины принесли славу многим летчикам дивизии. А для Александра Клубова стали поистине звездным часом — уже через месяц, 4 сентября, он был представлен к званию Героя Советского Союза! Здесь в полной мере проявился его исключительный талант летчика-истребителя.
Но начиналось все не так просто и для дивизии, и для нашего героя.
Миус-фронт — оборонительный рубеж немцев на подступах к Донецкому угольному бассейну. Многочисленные доты и дзоты, несколько линий траншей, ряды колючей проволоки и минные поля.
Войска Южного фронта провели 17 июля — 2 августа Миусскую операцию. Крупная группировка противника была скована, ни одной дивизии немцы не смогли перебросить отсюда под Курск. Но и нам прорвать Миус-фронт не удалось, 30 июля немцы нанесли сильный контрудар.
Возросла на этом участке фронта и активность люфтваффе. Документы советской 8-й воздушной армии свидетельствуют:
«По данным допроса пленных [наблюдается] увеличение напряжения работы боевой авиации противника: с 22.7.43 г. и позднее истребители противника ежедневно производили 5—6 самолето-вылетов на каждый исправный самолет.
...Значительную часть боевых вылетов не только в южном секторе, но и на всех фронтах перед СССР противник направляет на Южный фронт.
...Вывод: противник с целью противодействия нашему наступлению на Иловайском направлении к 25.7.43 перебросил на ЮФ с других участков фронта до 180—200 самолетов, увеличив численность авиации почти вдвое.
С началом контрнаступления танкового корпуса СС противник, стремясь обеспечить превосходство в воздухе, увеличил численность своей авиации в южном секторе Восточного фронта почти в четыре раза, доведя к 1.8.43 самолетный парк до 600—700 боевых самолетов против 150—170 в первой половине июля».
В действиях советских истребителей далеко не все удавалось. К сожалению, не все полки умели воевать, как Покрышкин и его товарищи. Нередкими были нечеткое управление с наземных пунктов наблюдения, плохая осмотрительность в воздухе. Патрулирующие истребители порой попадались на хитрость противника.