В собственническом мире изнурительная борьба за существование и преданность деньгам и вещам обедняют человека. Обеднение человека вследствие преданности собственническому хламу растет вместе с возрастом. Молодость проходит, тускнеет сила чувств, человек черствеет, мельчают его интересы и стремления. Возраст в соединении с бытом теснят драгоценное, поэтическое, широкое в человеке. Пушкину иногда казалось, что в окружающем его злом и несправедливом мире только ранняя смерть может спасти от заносящего ила сухости, черствости, светских интриг, имущественных и семейных дрязг:
Что стало бы с Ленским, если бы его не убил Онегин во цвете лет? Пушкин не оставляет в читателе сомнений, что с возрастом романтический поэт превратился бы, в условиях тогдашней действительности, в ‘пошлого филистера. Однако, сам Пушкин умел сохранять свежесть, полноту и не спутанность чувств. Он сумел донести достоинство человечности нерасплесканным до зрелого возраста. Поэтический гений не дал остыть его душе:
Гений предохранил Пушкина от грабящей эволюции возраста и быта. Гений дал оставленной им бессмертной поэзии волшебную силу облагораживать душу читателя, растить и укреплять его человеческое достоинство во всех возрастах, на всех ступенях жизни. Социалистический человек сполна воспользуется этой волшебной силой. Коммунизм удлинит жизнь каждого человека. Люди будут жить долго, будут жить чище и возвышенней, освобожденные от опошляющей накипи собственнических нравов, в каждом возрасте отдаваясь целиком полноте интересов жизни — творческой, деятельной и понимающей, сочувствующей другим.
Старый мир не уходит добровольно. Насильно выталкиваемый в могилу рабочим классом, он отбивается всеми силами. Он оставляет после себя уйму пережитков, сказывающихся еще и при социализме. Одной из самых упорных зараз старого мира является зараза сытой самоуспокоенности. Довольство, уют и более или менее грубый эпикуреизм, превращаясь в цель жизни, расслабляют, обескрыливают человека. Довольство без творческого труда, без общественных идеалов, без муз и разума является идеалом обывателя и мещанина, а не социалистического человека.
Поэзия Пушкина до сих пор остается одним из лекарств против такого сытого самодовольства. Она — учительница окрыленной радости, созидательного оптимизма, связывающего человека с другими людьми, с их идеалами, с их общим устремлением.
Мы знаем, почему оптимизм и гуманность Пушкина привели его к гибели. Но почему поэзия Пушкина, лишенная пафоса борьбы, так много значит для нас и сегодня еще, когда социализм победил окончательно на территории бывшей царской империи? В чем особенность творчества Пушкина по сравнению с другими классиками русской литературы?
Творчество Некрасова и Щедрина пронизано преимущественно поэзией борьбы за право на человечность, но не поэзией внутреннего содержания нестесненной человечности. Раб, борющийся за свое освобождение, на деле доказывает, что он достоин свободной человеческой участи. Но борьба и насилие — не цель, а средство. Цель борьбы и революционного насилия — подлинно человечные условия существования для угнетенных и эксплуатируемых, для большинства, для всех. Сочувствие страданиям бедноты открыло Некрасову драгоценную сокровищницу ее мыслей и чувств. Он пел ее песни, он рыдал ее слезами. Но мы не собираемся культивировать мысли, чувства, настроения обездоленных и обделенных на жизненном пиру. Мы победители, наша цель — не увековечение бедности, а довольство, просвещение, свобода, созидание.
«Было бы глупо думать, — говорил тов. Сталин на XVII съезде партии, — что социализм может быть построен на базе нищеты и лишений, на базе сокращения личных потребностей и снижения уровня жизни людей до уровня жизни бедноты, которая к тому же сама не хочет больше оставаться беднотой и прет вверх к зажиточной жизни. Кому нужен такой, с позволения сказать, социализм? Это был бы не социализм, а карикатура на социализм. Социализм может быть построен лишь ка базе бурного роста производительных сил общества, на базе обилия продуктов и товаров, на базе зажиточной жизни трудящихся, на базе бурного роста культурности. Ибо социализм, марксистский социализм, означает не сокращение личных потребностей, а всемерное их расширение и расцвет, не ограничение или отказ от удовлетворения этих потребностей, а всестороннее и полное удовлетворение всех потребностей культурно-развитых трудящихся людей».