С тех пор в стихах Пушкина все больше стали звучать кавказские мотивы. Поэта не покидает желание еще раз увидеть Кавказ, и в 1829 году он смог это осуществить. Хотя и вопреки воле царя, Пушкин решается без спроса поехать в действующую армию. Он страдал от опеки царя и постоянной слежки жандармов. Теперь он будет свободен от всего этого. И вот турецкий фронт, где его ожидала встреча с братом Левушкой, Николаем Раевским и с друзьями-декабристами М. Пущиным, В. Чернышевским и другими.
Был май месяц, но еще не очень жарко. Прошло восемь лет, Пушкин ехал по знакомой дороге, многое изменилось за это время, особенно Горячеводск, куда из Георгиевска он специально приехал: сердце позвало его в места молодости. Город похорошел, построили много зданий, появились ванные дома, жилые, каменные большие здания, бульвар, цветники, павильоны. Он был один день в Пятигорске. В августе 1829 года, уезжая в Россию вместе с Пущиным, он еще раз заехал в Горячеводск, жил сначала в гостинице, а затем уехал в Кисловодск и поселился в доме доктора Реброва.
До последнего времени не было ясности в вопросе о пребывании А. С. Пушкина на Минирельных Водах. Но незадолго до Великой Отечественной войны был найден журнал, куда записывались посетители этих мест в 1829 г.
В журнале оказался лицевой счет Пушкина. Здесь есть все дни, в которые поэт посещал ванны, и сумма денег, уплаченная им за процедуры. Когда немецкие захватчики напали на Ставропольский край, журнал пропал вместе с остальными документами из фонда пушкинской эпохи. Сейчас есть только копии с этих документов, снятые сотрудником Домика Лермонтова тов. Недумовым. Эти документы интересны тем, что уточняют детали пребывания Пушкина в 1829 году на Кавказских Минеральных Водах. Они подготовлены для издания в «Пушкинском временнике». Документы объясняют многое. Теперь можно без ошибки сказать, что Пушкин провел на Кавказе достаточно много времени (в Кисловодске).
В журнале отпуска нарзанных ванн написано, что Пушкин лечился с 21 августа по 6 сентября. Курс лечения был следующим: утром и вечером поэт ежедневно принимал горячую ванну, в середине курса пять дней принимал по две горячие ванны, 6 сентября Пушкин своей рукой записал в ванный журнал то, что он принял 19 ванн и за это уплатил 19 рублей. Из Кавказских Минеральных Вод Пушкин уехал 8 сентября 1829 года.
А. С. Пушкин написал замечательные стихотворения о Кавказе. В Пятигорске многое напоминает о Пушкине — дома, в которых он останавливался, сохранившаяся каменная лестница к ваннам, новые ванные дома с его именем, выставки в библиотеках, посвященные А. С. Пушкину. Документы о пребывании поэта на Кавминводах изучаются сотрудниками Домика Лермонтова.
Любовь народа к А. С. Пушкину безгранична. «Наш Пушкин!» — с радостью восклицают народы Кавказа. О любви к Пушкину расскажут экспонаты, готовящиеся к юбилею поэта, стихи, посвященные ему, разные мероприятия, организованные к юбилею, пушкинские чтения и т. д.
Дмитрий Благой
Трагедия Пушкина
Осенью 1826 года произошел крутой перелом в судьбе Пушкина, шесть с лишним лет томившегося в политической ссылке и страстно желавшего вырваться на свободу. С этого времени начинается самый тяжелый период жизни русского национального гения — ее последнее десятилетие — и вместе с тем наиболее зрелый, самобытный и плодотворный, чреватый будущим период его творчества.
8 сентября посланный Николаем I фельдъегерь с поистине фельдъегерской скоростью примчал Пушкина в Москву; там, в древней русской столице, согласно исконному обычаю, торжественно праздновал свою коронацию новый российский император. Сразу же поэта, не дав ему возможности не только сменить дорожное платье, привести себя в порядок после утомительнейшей езды, но даже хотя бы обогреться — день был студеный, — доставили во дворец и ввели в кабинет к Николаю. Беседа Пушкина с глазу на глаз с царем продолжалась необычно долгое время — более часу, а то и двух. Затем двери распахнулись, и царь, держа поэта за руку, вышел с ним в смежную комнату, наполненную придворными, и, обратившись к ним, сказал: «Господа, вот вам новый Пушкин, о старом забудем». Так это передает в своих записках декабрист Н. И. Лорер со слов брата Пушкина Льва Сергеевича, который, конечно, слышал об этом из уст самого поэта. Может быть, данный эпизод, в частности слова царя, воспроизведен Лорером не совсем точно, но нечто в этом роде было, несомненно, сказано, да и разыгранная театральная сцена была совсем в стиле Николая и вполне соответствовала видам его на Пушкина.