-Так, хорошо. Но вы же понимаете майор, что показывать все вот это,- и Захаров потряс в воздухе папкой с листами протокола,- никому нельзя. Нас просто напросто засмеют. Панкратьев и Заварзина попаданцы в наше время из двадцать первого века! Прямо «Янки при дворе короля Артура!» Вы кстати не спрашивали Панкратьева, он часом не любитель творчества Марка Твена?
-Чем богаты, тем и рады,- ответил на это Мохов,- и потом у нас все равно нет ничего другого. Кстати повторение допроса с применением спец средств я считаю нецелесообразным. Вряд ли мы узнаем, что либо принципиально новое. На мой взгляд Панкратьев был абсолютно искренен. Он либо говорил чистую правду, либо абсолютно и безоговорочно верит в эту свою ложь или если хотите фантазию. Можно конечно, дополнительно проверить его на полиграфе, но и это я считаю совершенно излишним.
-Так... Вот, что Мохов, надо немедленно подготовить второй допрос Панкратьева с применением спец средств. Только проводить его буду лично я. Мне лично надо убедится во всем этом, что вы мне сейчас рассказали и что написали в этом вот протоколе. Вам ясно? Немедленно!
-Немедленно это когда?- переспросил Захарова Мохов, - в обще то спец средство нельзя применять так часто. А то мы рискуем получить в итоге труп.
-Разумеется не сегодня! Завтра! Завтра во второй половине дня. За это время ваш Панкратьев думаю придет в норму после сегодняшнего. А завтра, скажем в пятнадцать часов, я с вами поеду в Лефортово и очень надеюсь, что там получу ответы на свои вопросы и развею свои недоумения. Вам все ясно майор?
-Ясно, товарищ полковник, разрешите идти?
-Идите.
Мохов пошел было к двери, но, остановившись на половине пути, повернулся к Захарову и спросил его каким то жалобным тоном:
-Товарищ полковник, а что мы с вами будем делать, если все вот это, хотя бы на половину окажется правдой?
-Идите, Мохов, и займитесь наконец делом,- Захаров уже почти рычал на своего подчиненного,- все вопросы завтра! Вам понятно?
Мохов безмолвно кивнул головой и тихо открыв дверь, вышел из кабинета.
Оставшись один полковник Захаров немедленно вызвал помощника и приказал ему никого не пускать к нему в ближайшие полчаса. Затем он сидя в кресле погрузился в глубокое раздумье. Так прошло примерно пять минут. Наконец Захаров встрепенулся, схватил трубку служебного телефона и начал набирать номер.
-Верхневолжск?- спросил он, когда дождался ответа на том конце провода,- подполковник Карпухин на месте? Полковник Захаров из Москвы. Проводит совещание? Немедленно соедините его со мной. Жду!
Вскоре в Верхневолжске взяли трубку.
-Здравия желаю Константин Степанович. Захаров говорит. Дело не терпящее никаких отлагательств. Нужны и причем срочно, все данные, на Веронику Павловну Степанову, 1970 года рождения. Живет в Верхневолжске, или в области. Но скорее всего в Верхневолжске. Возможно имеет родственников, скорее всего, по отцовской линии, в Величанске. Так, что в первую очередь мне нужна информация на всех Вероник, шестнадцати лет от роду, носящих фамилию Степанова, отчество Павловна, с родственниками в Величанске. Задача ясна? Тогда выполняй! Срок исполнения? Позавчера! Делай, что хочешь, но, чтобы завтра к семнадцати ноль, ноль, эти данные лежали у меня на столе! Тем более не такое уж сложное это дело. Все! Пока!- и Захаров положил телефонную трубку.
Глава 6.
Москва. Июль 1986 года.
Ровно в четырнадцать часов тридцать минут к Лефортовской тюрьме подъехала черная служебная Волга из которой вышли Захаров и Мохов. Вскоре они оказались в допросной. Через несколько минут конвойный ввел туда Панкратьева.
Увидев Мохова Панкратьев состроил радостную гримасу и воскликнул:
-Доброго здоровьичка, гражданин майор! Соскучились поди? Я вот тоже весь день сегодня лежал и думал, а когда увижусь с гражданином майором? Уж больно у нас вчера беседа задушевная вышла! Значит интересно вам стало. Пришли опять Володьку Нечаева послушать. А кто это с вами, важный такой? Дай угадаю. Ну конечно, начальство ваше пожаловало! Тоже хотят меня послушать. Интересно им стало. Поди опять, свои укольчики хитрые мне делать станете? А, делайте, я человек не гордый. Хотя могу все повторить и без уколов. И про себя, и про стерву эту Веронику, чтоб ей по вылазило. Которая у вас Юлией числится. Жалко, что тогда в Величанске у меня ее тот, фраер отбил. Промашку я тогда допустил. Каюсь. Так, что спрашивайте меня, граждане чекисты, не менжуйтесь. Я вам все, как на духу скажу.
-Прекратите, паясничать Панкратьев,- произнес Мохов.