-Этот самый Мохов, надежный человек?- все так же отрывисто спросил Смирнов.
-Никаких компрометирующих его, сведений, в моем распоряжении не имеется,- ответил Захаров.
-А это самый, Солдатов, муж Заварзиной, что из себя представляет?
-Полагаю, что, как раз и ему и самой Заварзиной крайне не выгодно, чтобы правда вылезла наружу. Так, что уверен, как раз он будет молчать как рыба.
-Полагаешь будет молчать? А если его возьмут и допросят как следует? С применением этих ваших спец средств. Или просто морду набьют по больнее. Уверен, что он тогда не выложит все как следует?
-Конечно такой уверенности у меня нет. Но с другой стороны, похищение и жесткий допрос, действующего сотрудника КГБ, это из ряда вон. Не уверен, что кто ни будь пойдет на это.
-Не уверен? Да, ты, что Митя вчера родился, что ли? Если вот все это станет известно,- и Смирнов потряс папкой в воздухе,- желающие выпотрошить твоих Заварзину и Панкратьева в очередь выстроятся! Они не то, что этого Солдатова, они тебя похитят и допросят как следует! Ты, что правда не понимаешь таких элементарных вещей, или просто так, передо мной дурачка из себя строишь?
Александр Никанорович задумался, помолчал пару минут, потом опять спросил Захарова:
-Этот Панкратьев, в Лефортово, в каких условиях содержится?
-В одиночке все время. Конечно Лефортово, это не Бутырка, у нас контингент по спокойнее, но все равно и статья у него больно не хорошая, и обстоятельства с самого начала особые. Так, что изначально было принято решение содержать его в одиночной камере. Впрочем и в Величанске его так же в одиночке держали. Чтобы соседи по камере ненароком его ночью не придушили.
-А эта самая Заварзина со своим мужем где сейчас?
-В Перми. Я их обоих в Пермь услал, с пустяковой проверкой, пока тут все более или менее не определится. Впрочем Солдатов и там отличится успел. Вместе с женой и еще с одним сотрудником краевого управления, умудрился задержать троих особо опасных преступников, бежавших из колонии строго режима в Свердловской области. Но держать их командировке бесконечно тоже нельзя, так, что я планирую завтра отозвать их назад.
-Погоди, погоди,- Смирнов, нахмурил свои кустистые брови,- Солдатов, Солдатов...Ну точно! Этот тот самый, что в Ессентуках с Фишманом опростоволосился! Он, что ли?
-Да. Я его с женой к этой операции привлек. Вышло и в самом деле не очень складно.
-Не очень складно говоришь? Вышел полный провал. А, что ты мне пел, про способности этой Заварзиной? Чуть ли не ясновидящей ее мне представлял. А в итоге, что вышло? Пшик! А мне этот самый Фишман скоро вот так понадобится! - и Смирнов провел ребром ладони себе по горлу.
-Александр Никанорович, виноват, ошибся. Послал на дело не опытных сотрудников. Но в конце концов, благодаря способностям Заварзиной, Фишман остался жив. А подходы к нему мы найдем. Не сомневайтесь!
-Сиди уж. Подходы он найдет. Подходы к Фишману, Митенька, теперь другие искать будут. Обойдемся без твоих услуг.
Смирнов встал из за стола подошел к окну, постоял, помолчал возле него, а затем обернувшись к Захарову сказал:
-Вот, что, ты этих Заварзину и Солдатова тормозни пока в командировке. Еще на пару — тройку дней. Предлог сам придумай. Нечего им пока тут делать. Материалы эти,- Александр Никанорович, указал пальцем на лежащую на столе папку,- я еще сегодня вечером почитаю, покумекаю над ними лишний раз. Надо еще раз все проверить как следует. А потом уж думать, что делать дальше. Возможно завтра я пришлю к тебе очень большого специалиста. Зовут ее Эллина Владимировна Гольдберг. Врачом она работает в Ганнушкина. Очень хороший специалист по мозгам. Просто уникальный. Надо ее в Лефортово отвезти и устроить встречу с этим самым Панкратьевым. Наедине. Чтобы она вердикт свой вынесла, псих он или не псих. Так, что ты к ее приходу все материалы по этому своему душителю подготовь. И не смотри, что она молодая, да красивая. Она реально очень хороший специалист. В голове у нее кое что имеется. Свое положение не только передком заработала. Понял меня?
-Так точно, Александр Никанорович,- ответил Захаров.
-Ну раз понял, тогда действуй. Я тебе еще позвоню. И помни обо всем этом ни одна живая душа знать не должна. Если произойдет утечка, то готовь себе похороны. Это я тебе не угрожаю, а обстановку описываю. Не маленький. Сам все понимать должен.