-Видите ли, Александр Николаевич, - начал Соловьев,- как известно вам и нам ваша супругу обладает не вполне обычными способностями, при помощи которых, она способна очень и очень помочь в расследовании преступлений разного рода. Я кстати читал отчеты о деятельности Юлии Сергеевны и не скрою, весьма поражен результатами ее работы. Все это настолько не обычно, что вызывает просто огромное удивление. Но кроме своих способностей ваша супруга имеет, скажем так, не вполне обычное происхождение, что делает ее вообще источником совершенно бесценной информации, для очень и очень многих людей, как в нашей стране, так и за ее пределами.
-Я что то не вполне понимаю вас,- попробовал схитрить я, но Соловьев в ответ лишь пренебрежительно махнул рукой и продолжил, как ни в чем ни бывало.
-Бросьте, Солдатов, бросьте. Вы все прекрасно понимаете. Ради экономии времени, давайте не будем придуриваться. Нам прекрасно известно, что подлинное происхождение вашей жены, равно как и ее настоящие имя и фамилию, вы знаете давным давно. Во всяком случае значительно раньше чем это стало известно нам. Так, что не надо придуриваться. Вы не в том положении. Учтите, что если этому делу будет дан ход, вы быстро отправитесь на зону. А учитывая все обстоятельствам, лично я совершенно не гарантирую, что вам удастся доехать до нее. А может быть вообще дожить до суда. Знаете ли тюрьма это очень вредная для здоровья штука. Надеюсь что вы меня поняли правильно.
-То есть вы меня шантажируете, подобным образом? - спросил я Соловьева, - по моему это совсем не достойное занятие для офицера МВД. Вам часом не доводилось слышать, что ни будь об офицерской чести?
-Прекратите свою демагогию! - ответил мне Соловьев,- когда дело касается таких обстоятельств, все эти ваши понятия о чести и прочем идут побоку! Так, что не надо пытаться запудрить мне мозги.
-Хорошо, я понял вас, равно как и то, что взывать к вашей чести абсолютно бесполезно. Так, что вы от меня хотите? Как я понимаю, сейчас вы должны сделать мне предложение от которого я не смогу отказаться?
Соловьев улыбнулся и сказал каким то проникновенным голосом:
-Я рад,Александр Николаевич, что мы правильно понимаем друг, друга. И вы абсолютно правы. У меня к вам предложение. И я почему то думаю, что у вас достаточно благоразумия, чтобы не оказаться от него. Поверьте так вам будет лучше. Если вы примете его, все сразу закончится. Весь этот, как вы выражаетесь «спектакль».
-А от кого исходит это предложение? Как я понимаю, вы всего лишь передаточная инстанция. Наверное уровень человека который заинтересовался моей скромной персоной достаточно высок, раз глубокой ночью, по мою душу, сюда прибыл целый полковник МВД
-Он достаточно высок, все все совершенно правильно поняли. Ну,что вы готовы выслушать предложение?
-Хорошо. А зачем тогда понадобилось, вот все это? Если человек, который заинтересовался мною и моей женой, обладает, как вы утверждаете, высоким статусом, то почему он не обратился к нам напрямую? Со своим предложением? Наверняка мы сумели бы правильно оценить его. И кстати,что это за человек? Как его зовут и какую он занимает должность? Может быть вы хотя бы намекнете мне?
-Этот человек занимает высокую должность в ЦК. И он очень влиятелен, поверьте мне. И вам совершенно не надо портить с ним отношения. Ничего хорошего из этого не выйдет по крайней мере для вас лично. О большем сказать вам я не уполномочен. Но советую принять мои слова на веру.
Мне окончательно стало понятно, что из всей этой комбинации торчали уши Александра Никаноровича Смирнова, будущего активного прораба перестройки и вполне возможно, действующего агента американских спецслужб. Произошло ровно то, о чем предупреждал меня Евдокимов. Смирнов перешел к активным действиям, рассчитывая заполучить в свои руки, такой уникальный источник информации о ближайшем будущем, каким без сомнения являлась моя жена. Что же такого поворота событий и следовало ожидать. Ясно так же, что Захаров и этот Соловьев действуют в единой связке. Видимо Смирнов очень торопится, раз ему пришлось привлечь к этому безусловно строго секретному делу лишнего человека. Ну,что же выхода у меня похоже другого нет, придется принять это их предложение, а затем срочно проинформировать о произошедшем Евдокимова.
-Ну как, вы готовы, Александр Николаевич? - прервал мои размышления Соловьев.
-Ну иного выхода, как я вижу у меня все равно нет, так, что, да, готов внимательно выслушать вас,- ответил я на вопрос Соловьева.
Соловьев начал издалека. Он сказал мне о политике обновления общества которую стала проводить партия с прошлого года, о том, что подавляющее большинство советских людей полностью поддерживают ее, но в то же время в партии имеются силы, которым эта политика, что нож к горлу, и они естественно мечтают сорвать ее. И если моя жена попадет в руки таких людей, то безусловно они попытаются всеми доступными им способами взять ее под жесткий контроль, чтобы получив от нее информацию о будущем, попытаться манипулировать руководством партии и государства в нужном им духе.