Наши данные извлечены из архивов Госплана и Центрального статистического управления, которые были недоступными в то время, когда песни бардов кочевали по России. Но теперь, сравнивая оба источника, понятно, что они, по сути дела, рассказывают одну и ту же повесть...
Часть третья. Советский век: Россия в историческом контексте
Глава 20. Ленин: столетье и миры
В период с 1914 по 1953 г. мы видим настоящий каскад катаклизмов, которые оказали влияние на историю России. Вожди страны, до того как начинали что-то предпринимать, были вынуждены противостоять потоку кризисов, многие из которых случались не по их вине. Ленин не начинал Первую мировую войну, не инициировал падение царизма, и даже ошибки, совершенные демократами при попытке обуздать хаос в России в 1917 г., - не его рук дело
К. Н. Редько, Восстание. 1924-1925 годы
Во введении было сказано, что поляризация мнений и мощное влияние пропаганды, развернутой в годы холодной войны, породили «контекстуальную критику», необходимую для исторического запроса при достижении других целей и выставлении приоритетов, а также для получения результатов от медиа, идеологии, эмоций.
В отличие от других областей знания исследованиям, посвященным Советскому Союзу, приходилось противостоять широко распространенному и горячо отстаиваемому мнению - хорошо структурированному «общественному дискурсу», который был основан на серии методологических ошибок. Они прошли широким фронтом в различных медиа и были преподнесены как очевидные истины.
Первая ошибка состоит в сосредоточении основного внимания на вождях, главных действующих лицах и идеологии, которые описываются как независимые личности и силы, выдернутые из исторического контекста. Во внимание не принимаются ни условия, создаваемые обстоятельствами, ни прошлое, ни окружающий мир. Для многих все началось с момента «первородного греха», в 1917 г. Другие считают, что все началось раньше, в 1902-1903 гг., с публикации работы Владимира Ленина «Что делать?». Соответственно последующие события были развернуты так, как будто они были генетически запрограммированными, а последствия ленинизма - большевизма - коммунизма преподнесены как неотвратимый рок.
Я, конечно, слегка преувеличиваю, но моя ирония подкреплена тем фактом, что работа «Что делать?» была написана в то время, когда вся российская социал-демократия, включая Ленина, была абсолютно убеждена, что предстоящая революция будет либеральной («буржуазно-демократической» в их терминологии) и надолго отдалит левых от власти. В те годы Ленин считал русский капитализм всепобеждающей силой, которую уже не остановить, и видел ее под каждым кустом.
Когда мы смотрим на события с позиции детерминизма, историческое исследование отходит на задний план; а если в нем присутствует «партийная линия» (левая, правая, центристская), оттуда, как из копилки, можно извлечь только то, что туда было положено, ни копейкой больше.
В случае с историографией советского периода есть дополнительное препятствие - общая тенденция не принимать в расчет произошедшие социальные изменения. Ошибку в изучении общества на протяжении длительного периода и почти стопроцентное внимание, уделяемое описанию властных структур, иногда объясняют формулой: «Там не было общества, был только режим: Кремль, Старая площадь, Лубянка - три адреса, и больше ничего». Но еще недавно термин «номенклатура» преподносился как великое открытие, без упоминания того, что детальные исследования, посвященные поискам значения этого понятия, отсутствуют, что это просто еще одно слово.
Это только один пример среди прочих, которые говорят о предрасположенности многочисленных комментаторов не замечать очевидных лакун в нашем знании советской истории. Знание этих пробелов пробуждает желание заполнить их с помощью старого эпистемологического совета: scio ut nescio.
Контекстный (контекстуальный) подход предполагает необходимость учитывать общую европейскую историческую картину того времени, ее драматические моменты и их последствия. Ситуация менялась стремительно, один кризис следовал за другим. В период с 1914 по 1953 г. мы видим настоящий каскад катаклизмов, которые оказали огромное влияние на историю России. Вожди страны, перед тем как они начинали что-нибудь делать, были вынуждены противостоять целой серии кризисов, многие из которых произошли не по их вине. Ленин не начинал Первую мировую войну, не провоцировал падение царизма, и даже ошибки, совершенные демократами при попытке контролировать хаос в России в 1917 г., - не его рук дело.