На данный момент следует просто упомянуть то явление, которое описано Мироновым как специфическое для советского общества и никогда не было тщательно изучено, хотя его важность подчеркивала известный социолог Татьяна Заславская из Академии наук. Миронов пишет, что «уравнивание доходов широких масс населения до определенного среднего уровня представляло собой еще один внутренний резерв, который советское общество могло мобилизовать». Он делает еще более сильное утверждение по поводу того эффекта, который произвело снижение неравенства между уровнями доходов разных социальных групп, на улучшение «биологического статуса» населения: чем беднее общество, тем более велико неравенство в «биологическом статусе». У нас нет какой-либо надежной оценки этого неравенства в СССР, но государство усердно работало над тем, чтобы снизить материальное неравенство, и в этом, несомненно, преуспело.
Значительная мобильность населения и смешанные браки между людьми из разных регионов и культур сильно повлияли на такие индексы, как рост призывников и феноменальный уровень урбанизации (от 15 % в 1921 г. до 50 % в 1961 г.). Хотя система предлагала своим гражданам гораздо более низкий уровень жизни, чем в западных странах, удивительно то, что по крайней мере до 1980-х гг. рост мужчин в России продолжал увеличиваться приблизительно в таком же темпе, как и в развивающихся странах.
Из работы Миронова мы прежде всего выделяем его идею о том, что улучшение «биологического статуса» (и набора факторов, которые его создали) было «секретом» системы. Секретом, о котором она сама не знала. Известно, что в постсоветский период «биологический статус» населения, без сомнения, пошел на спад, что, возможно, и вызывает тоску по умершей советской системе, которую испытывают многие российские граждане.
Глава 23. Достижения и провалы урбанизации
Существование советского режима в постсталинский период было относительно коротким, но исключительным по интенсивности историческим опытом. После смерти Сталина мы наблюдаем отход от массового террора и исчезновение других черт, связанных с «порабощением» населения. Изменения, последовавшие после окончания этого рабства, были очень значительны. Они принесли расширение личной свободы - и это нужно признать, а не отвергать с презрением на том основании, что демократическая система предлагает гораздо больше
Т. А. Маврина, Суздаль. Базар. 1957 год
Наше пристальное внимание к изменению социального ландшафта - бюрократии, политике, экономике и законодательству, всему, что создавало этот ландшафт, то есть к тем аналитическим рамкам, которые дадут нам возможность отличить то, что, с одной стороны, было урбанизировано и модернизировано, и, с другой, было урбанизировано без реальной модернизации. Непростой вопрос выравнивания уровней дохода заслуживает серьезного исследования. Относительное равенство и снижение классовой дифференциации и барьеров среди широких слоев населения - один из незыблемых фактов, нежно вспоминаемый даже многими русскими эмигрантами в США, где экономическое неравенство составляет часть системной этики.
Миронов дает положительную оценку этому феномену, что противоречит его собственным идеям о современности, которую он определяет как приспособление к западной модели. Более того, это подводит его к тому, чтобы рассматривать уходящую старую русскую общинность, унаследованную из сельского прошлого, как знак «зрелости» страны. Но в чем тогда смысл равенства и добрососедства, оказывающих позитивное влияние на физическое и моральное здоровье российских граждан, если не в «несовременной» общинности? Разве ее отсутствие действительно на пользу современным обществам? Всеобщий феномен одиночества в размытой городской толпе является нездоровым продуктом социальной атомизации, которая может быть вылечена только «общинным духом».
Таким образом, если мы в основном остановимся на «механических изменениях» - например, на продолжающейся волне эмиграции, которая по праву называется комплексным феноменом, - важно помнить, что урбанизация дала новое содержание термину «мобильность». Это не означает простого изменения адреса, или места работы, или движения в пространстве. Современная урбанистическая среда, с которой мы имеем дело, включает в себя социальную, культурную, экономическую и психологическую мобильность, которая может быть лучше всего понята при сравнении с традиционным пространственным смыслом термина.