Словом, это было некрасиво. А Красоткин не мог жить без красоты. Даже бесплатная медицина, бесплатное образование, бесплатное жильё, гарантия работы и прочие грехи социализма не спасали дело. Да, да, тоска по красоте, и даже проще – тоска по красивым вещам погубила Советскую страну, как бы пошло это ни звучало. Вот так видел Емеля печальный итог Красного проекта.
Мы осушили стопки.
– Ведь красота всегда волновала и манила человека. – Определённо эта тема не давала ему покоя – шаг за шагом Емеля двигал её вперёд. – Волновала и манила, несмотря на то что она, как часто кажется, лишена практического смысла. Если, конечно, она, красота, не включена в состав потребительской стоимости товара. Но это особый случай. Посмотри на павлиний хвост. Разве он способствует процветанию вида? Разве воробьи и вороны с их скромным нарядом не более успешны в борьбе за место под солнцем, чем райские птицы?
– Будь добр, не томи, поведай, в чём состоит неочевидный смысл красоты? – Признаться, я был голоден, и судьба заказанной щучьей котлеты волновала меня сейчас больше причудливых суждений Емельяна.
Он поведал. Итак, не стоит забывать: понятие «красота» – сугубо человеческое измышление. Её, красоты, не существует вне человека как зрителя, слушателя, ценителя… Не существует, и всё. Природе неизвестно это свойство предметов, пейзажей, звуков и существ, она оперирует понятием «совершенство». Тут вилка Емели на миг неподвижно зависла над салатом, после чего он внёс поправку: если, конечно, допустить, что природа способна оперировать понятиями. Ну вот, например… Редкий человек, не кривя душой, назовёт паука красивым; в то время как с точки зрения природы, он – безупречная в своём совершенстве выдумка. То же и сколопендра, нетопырь, слизень. Они совершенны – но красивы ли они?
– Они отвратительны, – согласился я. – Но есть любители…
– А человеку зачем-то нужна красота, – перебил Емельян. – Он жаждет её. Он жить без неё не может. И не хочет. Следуя этой необходимости, человек ищет красоту во всём и везде. В оправдание своих пороков он способен сочинить что-нибудь вроде эстетики безобразного, обаяния зла, – Красоткин сделал голосом необходимые выделения, – и даже, чёрт возьми, почище… Если выпадают на нашу долю страдания и беды, то и они должны быть необыкновенные. Рядовые невзгоды нам не нужны, а вот великие испытания, непоправимые утраты и небесные кары мы готовы принять. Мелкие неурядицы нас унижают – они неприятны и оскорбительны. Другое дело – непомерное горе… Тут есть размах, торжественность и своё достоинство. Мы как будто чувствуем, что наличие красоты в предмете, поступке или явлении уже само по себе способно возвышать и оправдывать. И пользуемся этой уловкой. Похоже, пользуемся не мы одни. Увидев роскошные перья, пава, которая во имя сохранения потомства должна была бы выбрать самый куцый хвост, восклицает: боже мой, если, несмотря на все опасности и невзгоды жизни, этот павлин сумел сохранить своё прекрасное убранство – это воистину великий павлин!
– То есть природа, как и человек, тоже способна пленяться красотой? – попробовал я поймать Емелю на противоречии.
– Природа – творец, а пава – творение. – Красоткин сначала выставил указательный палец вверх, а потом направил его вниз. – Там, где мы видим красоту, природа видит что-то другое.
Тут наконец Овсянкин принёс мне долгожданную щучью котлету, а Емеле – котлету де-воляй на косточке. Загадочно кося глазами в разные стороны, хозяин заведения пожелал нам приятного аппетита, однако не стоило и предполагать, что соблазнительной де-воляйкой Емелю возможно было сбить с мысли.
– Красота, – продолжил он, – то качество, которое человек способен выделить в природных объектах и произведённых им самим вещах, но при этом он сам же в эти объекты и предметы данное качество закладывает. Парадокс. Что ему с того? Зачем? – спросил Емеля сам себя и сам себе ответил: – Хороший вопрос. Ведь красота, кроме того, что доставляет нам радость, возвышает и оправдывает, ещё и порождает множество проблем. Например: что происходит с вещами, когда они выходят из моды? Красота покидает их? Или вот ещё: все влюбляются в красивых, а что делать с некрасивыми? В последнем случае наш вёрткий ум находит в неказистом теле внутреннюю красоту.