— Ты бы смог, Голубой. Еще несколько человек смогли бы. Но это устройство — особый случай, и его бесполезно атаковать напрямую.
— Атаковать можно все что угодно, — возразил Стайл. — Какие-то вещи с большим успехом, какие-то — с меньшим, как в случае, когда Адепты нападают друг на друга.
— Нет. Данное устройство — это то, что в другом мире называют компьютером.
— Ни один компьютер не может работать на Фазе! Вообще ни один научный прибор не может.
За исключением тех, припомнил он, которые расположены на Западном Полюсе.
— У этого есть провод, ведущий к Западному Полюсу.
Надо же, они подумали об одном и том же.
— Допустим. Если компьютер смог додуматься, как использовать магию в своих электрических цепях.
— Да, он частично функционирует. И у него много всяких мыслей, часть из которых связаны с тобой — вот почему мы не хотели, чтобы ты наладил с ним контакт на Полюсе.
— А откуда вам знать об этом, если гоблины не позволяют и близко приблизиться к нему? В самом деле, зачем гоблинам впускать Адептов в свои владения, зная, что такие, как ты, могут уничтожить то, что они так бережно хранят?
— Народец сей никогда не отличался особым умом, — она еле заметно улыбнулась, — но у них хватило ума не подпускать Адептов близко к устройству. Они частично сотрудничают с нами, зная, что мы настроены против тебя и что ты предпримешь попытку вернуть устройство на Протон, откуда оно нанесет непоправимый ущерб для обоих миров. Так что союз наш с гоблинами очень зыбок, но он держится благодаря тому, что все мы хотим спасти Фазу.
— А я хочу уничтожить Фазу, или так, по крайней мере, хочется верить остальным Адептам. А все из-за какого-то корявого пророчества, и не важно, что я люблю Фазу, — вы-то считаете иначе.
— Нет, Голубой, пророчество не корявое. Ты возвратишь эту штуковину на Протон и тем самым уничтожишь Фазу. И только твой уход может облегчить положение.
Ее упорство раздражало Стайла. Тут какой-то изъян в логике.
— А откуда тебе знать, что пророчество не лжет?
— Компьютер сам сделал его.
— Ну а что такого ценного в догадках этой хитроумной штуковины из другого мира? Почему вы доверяете ей, прямо как Оракулу!
Она кивнула, и у Стайла отвисла челюсть.
— О нет! — воскликнул он.
— Да, именно. Компьютер — это и есть Оракул. Так он защищает себя от таких, как мы. Все наши планы против него он предугадывает и предотвращает. Действует окольными путями, но эффективно. Мы не смеем напасть на него открыто.
— Давай вернемся чуть-чуть назад, — предложил Стайл. — Сперва ты предложила мне мир и счастливую жизнь на Фазе, потом сказала, что я должен убраться с Фазы навсегда или буду убит, дабы я не уничтожил ее. Ты не замечаешь противоречия? Чему же верить?
— Нет, Голубой, — ответила она. — Просто среди Адептов мнения о том, как с тобой поступить, разделились — отсюда кажущееся противоречие. Предложение простое — если согласен, принимай его условия: сотрудничество с нами либо изгнание. Но мы опасаемся, что ты не согласишься.
— А ты попробуй, Белая.
Она пробежала взглядом по пещере, показав на единорогов и гоблинов, ожидающих окончания переговоров между Адептами.
— Говорить нам надобно полностью наедине, — заметила она. — Твое заклинание или мое?
— Мое, — сказал он, а потом сыграл такт на гармонике и пропел: «Сферу создай вокруг нас, чтоб не проникли ни ухо, ни глаз».
И вокруг них образовалась непрозрачная сфера, которая не пропускала внутрь ни звук, ни свет. Через секунду внутри вспыхнул свет — это ведьма произвела свое собственное заклятие.
— Теперь, пока мы не задохнулись, — начала она, — я расскажу тебе все как есть. Мы хотим, чтобы ты уничтожил Оракула. Только ты один можешь это сделать, ибо ты являешься его орудием. Он допустит тебя к себе, правда тебе сперва надо будет миновать гоблинов. Твоих сил вполне достаточно, чтобы провернуть это дело. Уничтожь зловещую машину, Голубой, и Фаза будет спасена. Об этом плане мы не осмеливаемся говорить вслух. Только на Протоне Оракул сможет заработать в полную силу и уничтожить Фазу, но он не может предвидеть свою собственную кончину. Сделай это, Голубой, и все остальные пророчества станут бессильны. У нас больше не будет претензий к тебе, и ты сможешь править на Фазе.
— Ты просишь меня предать… сознание, которое доверяет мне, — взволнованно произнес Стайл. — Я никогда не пойду на такое.