— Что значит «до конца»? — спросил повеселевший Саблин.
— Это вам, курсант, задание на ближайшую жизнь — понять что значит «до конца», — капитан улыбался. — Что же, всем спасибо, предлагаю считать собрание закрытым.
Беспрозванный вышел, сопровождаемый Абрамычем, который вскоре вернулся и сразу подошел ко мне.
— Капитан передает вам приглашение выпить с ним чаю завтра в пять.
— Спасибо, Всеволод Абрамович, я непременно приду.
— Вот и славно.
Комиссар отошел и громко сказал Саблину, так чтобы все слышали:
— Знаешь, Саблин, пиши песни о чем хочешь, я больше слова не скажу. А за проработку прости, я до сегодняшнего дня сам как сквозь туман все видел.
— Ладно, чего уж теперь, — отозвался Саблин, — я только что еще одну песню сочинил, как вы сказали — веселую. Хотите, я вам спою?
— Ты всем спой, — ответил Абрамыч и приготовился слушать. Саблин подошел к роялю и взял несколько быстрых аккордов.
— Сочинялся только припев, — признался он. — Остальное потом придумаю.
Шум голосов в кают-компании умолк, моряки окружили курсанта, принялись отбивать такт песни, и даже Абрамыч нежно похлопывал по крышке рояля огромной лапой, на которой были наколоты восход и чайка над морем.
— Теперь все вместе! — кричал Ларионов, расчехляя гитару.
— Все хором!
В кают-компании творилось что-то невообразимое. Моряки выхватили из шкафа, какие под руку попались, музыкальные инструменты и принялись вовсю дуть, барабанить и звенеть. Откуда-то на столе появились ром, финики, пломбир, много еще было спето песен, и я не помню, как уснул в тот вечер.
Глава 6
Спиритический сеанс. Ресторан «Бесплатный сыр». Е2-Е4
Необходимость делиться заложена в живом организме на клеточном уровне.
В тот вечер четверга, когда Романов пил на бульваре водку с бывшими коллегами, в доме по Варсонофьевскому переулку, Мила устроила спиритический сеанс. Нависающий абажур по плетеной бахроме сливал свет на равнину круглого стола, на стенах дрожали тени, и встреча со сверхъестественным представлялась скорой и очевидной. Кроме хозяйки и ее мужа, в комнате присутствовали еще двое: детский писатель Сергей Журавлев и художник-миниатюрист Барбакару, автор скульптуры «Взрыв сверхновой» (палладиевая горошина на огромном кубе из черного мрамора — установлена во внутреннем дворе здания Академии наук).
Нависающий абажур по плетеной бахроме сливал свет на равнину круглого стола, на стенах дрожали тени, и встреча со сверхъестественным представлялась скорой и очевидной
Хозяйка давно положила руки на стол и поглядывала на доцента, который, затеяв ученую беседу с Журавлевым, живописал перед тем перспективы развития теории виртуальных сообществ с точки зрения социологии, физиологии и семиотики: