— Почему же на небо?
— Если вверх — это значит вниз, то вниз — это значит вверх. Вспомни, как ты сюда попал. Поэтому, если не планируешь путешествие в космос, спускаться в гору не советую. И это не в моих инструкциях сказано, а ежу понятно.
Почему когда общаешься с девушкой, которая тебе нравится, интеллектуальные способности скачут от слабоумия к гениальности и обратно, не задерживаясь надолго ни в одной из этих крайностей? Наверное, тибетцы могли бы дать остроумный ответ. Почувствовав себя совершенным болваном, я предложил идти по руслу небольшого ручья, образованного тающим ледником. Спуск оказался очень сложным: ноги проваливались в мокрый тяжелый снег, то и дело встречались глубокие трещины, и, вдобавок, становилось все жарче. К полудню мы едва ли спустились на триста метров.
— Как поживает ваш брат? — поинтересовался я, когда окончательно выбившись из сил, мы сделали привал.
— Бари? Прекрасно. Надеюсь, он ждет меня внизу. Кстати, я не хотела бы, чтобы вы там встретились.
— Почему?
— Я говорила, что к женщинам он поворачивается мужской стороной. А я не из тех, кто позволяет себе одновременную связь более чем с одним мужчиной. И он мне не брат.
— Что же тогда произошло в кинотеатре?
— Я в тебя влюбилась, — Кирхен взяла меня за руку. — Но это ничего не меняет. И еще. После нашей встречи… Уверена — будет мальчик. Но это тоже ничего не меняет.
— Но как же? Почему? — потрясенный до основания, я не находил слов.
— С таким чувством реальности ты проведешь жизнь в бесцельных перемещениях по планете и утопических проектах. Что ты сможешь дать мне и нашему ребенку? Только без обид, ладно? Я расскажу ему о тебе, но постараюсь, чтобы он вырос другим. Ну что, продолжим путь?
Подхватив рюкзак, Кирхен отправилась вниз по руслу и, похоже, не собиралась дальше обсуждать тему. Я же, наоборот, решил внизу вернуться к разговору.
Сделав несколько шагов, я услышал странный шум, оглянулся и увидел свой снежок, оставленный на вершине. Теперь он был размером с небольшой дом и катился в нашу сторону по склону, на глазах увеличиваясь в размерах.
— Осторожно, лавина! — закричал я, и через несколько секунд уже барахтался внутри плотного кокона из мокрого снега.
Потом я почувствовал знакомый запах. Мое тело лежало на остатках сугроба, вокруг была талая вода, в которой плавали колеса повозок, музыкальные инструменты и знакомые мешки из каравана китайца Ру. Над головой возвышалась вершина Кундун без признаков снега.
Зачерпнув ладонью немного забортной воды, я убедился, что нахожусь посреди гигантской лужи, наполненной элитным ойвейским чаем. Вот и сбылась судьба чая — он оказался заваренным, как и положено, ледяной водой.
Мой сугроб быстро уменьшался под жарким солнцем, и, в конце концов, я выбрался из чайного озера вплавь. Выйдя на кремнистую дорогу, я отметил, что нахожусь в том же месте, в котором несколько дней назад покинул повозку и вскоре даже нашел большой валун, сидя на котором делал свои записи.
ЛЮБОВЬ=Н2O. Да уж, воды в последнее время достаточно. К счастью, камень по-прежнему был теплым, словно я и не поднимался на вершину. Я расстелил одежду для просушки, погрузился в мысли и кажется, уснул.
— Похоже, вам сейчас не повредит глоток портвейна! В это время дня и для подобного климата рекомендую «Уайт Руби», тем более что именно он залит в мою фляжку.
Поначалу я не мог понять — снится мне голос Левона или я слышу его наяву.
Похоже, я проспал несколько часов. За это время вокруг произошли множественные изменения: лавина окончательно растаяла, чайное озеро превратилось в незначительные мелкие лужицы, и даже обломки повозок и мешки были куда-то убраны.
Мимо брела пестрая процессия паломников, жарко светило солнце, а в двух метрах от моего камня и в самом деле стоял Сурьяниан.
— С удовольствием сделаю глоток-другой. Вот только оденусь. Но откуда вы здесь?
— Некоторые дела требовали присутствия в Макао. Я арендовал этот «Юнкере», а на обратном пути решил узнать как ваши дела, — рассказывал Левон, когда мы сидели в салоне спортивного гидросамолета, покачивавшегося на поверхности озера Сновсдарова. — Как и следовало ожидать, найти вас не составило большого труда — достаточно было спросить о белом человеке с саквояжем, и меня сразу провели к вашему камню. По пути мне представлялось что-то подобное, но я не предполагал застать вас спящим на камне в совершенно э… разоблаченном виде и окруженным толпой молящихся на вас пилигримов. Честно говоря, вы представляли собой экзотическое зрелище. Поначалу я подумал, что вы решили стать живым богом — по крайней мере, именно так вас называли окружающие. Через сутки я поверил, что вы и в самом деле спите, но не стал вас будить. Но когда вы не встали ни на третий, ни на четвертый день, я начал беспокоиться.