Наконец, Романов признался себе, что после высадки на берег пошел не в ту сторону — привлекший его внимание источник света оказался каменным маяком. Возраст этой башни составлял не меньше сотни лет, если судить по виду выщербленных глыб в основании.
Приспособив дизайнерский шедевр от Lucavogo в качестве подстилки, Арсений стал готовиться к ночлегу. К счастью, в сумке лежала прихваченная в отеле большая бутылка воды, и это оказалось единственной полезной находкой. Все остальное вызывало невольный хохот, особенно костяные тапочки, антикварный кожаный футляр без ключа и «фигура» для Капитона. Недоставало всего лишь еды и сигарет, так что Романов решил, что устроился вполне неплохо, и провалился в сон.
— Я не успела дочитать и взяла ноутбук с собой, — извинилась Надя, сидящая у костра на краю бетонной баржи. — А деньги не взяла, потому что не знаю что с ними делать. Разве что костер разжечь.
— Что еще скажешь? — спросил Арсений.
— Знаешь, не хочу тебя обидеть, но книга — полный отстой. У меня складывается такое впечатление, что автор никогда не был ни в Индии, ни в Тибете, ни даже в Санкт-Петербурге.
— Так и есть, — сказал Романов. — Но какое это имеет значение?
— Еще какое имеет! Для повествования главное — точность и красота. Между прочим, в Индии по сто раз на дню слово «спасибо» только глухой не слышит. Все вокруг только и чирикают — «тэньк ю, тэньк ю». Вот так. Я еще координаты «Гаммаруса» проверю. Но это не главное.
— А что главное?
— То, что тебя здесь не будут искать. Завтра появится Капитон, и тебя не станет.
— Почему? — ситуация начинала раздражать.
— Потому что ты кинул его, а он этого не прощает.
— Не кинул. Деньги в сумке, — Романов на всякий случай показал Наде «фигуру». Смотри сколько.
— Сам смотри, это твой сон. Капитону нужна газета, а не то, что в нее завернули, бумага для растопки здесь на вес золота, понял? Деньги горят быстрее, хотя и красивее. Клади их в огонь.
Сам не зная почему последовав глупому совету, Арсений бросил «фигуру» на багровеющие угли. В глаза ударил ослепительный свет. Солнце светило прямо в лицо, быстро выпаривая из глаз остатки сновидения.
Оглушенный тепловым ударом, он поднялся, сбросил одежду и через миг забежал в море. Вдоволь наплававшись в теплой прозрачной воде и переодевшись в шорты и майку с изображением пляжной красотки и текстом «Wove you. Leed you. Nant you», Романов пошел на разведку. Босиком, потому что костяные тапочки Кузя купила на пять размеров меньше. То есть для себя.
Результатом обхода маяка стали найденное на берегу сухое дерево дикой маслины, идеально подходящее для костра, и выброшенные прибоем десяток мидий плюс три крупные раковины рапана. Безуспешно провозившись с разжиганием огня и истребив почти все спички, Романов догадался использовать для растопки газету, в которую была завернута «фигура» и с удовольствием позавтракал запеченными в панцирях моллюсками, запивая их остатками воды.
Теперь не было нужды выбирать направление: когда путь вперед совпадает с дорогой назад, прогулка вдвойне приятнее. Арсений шагал босиком по прибою, чувствуя прикосновение юных солнечных лучей к своим плечам, шелк песка под босыми ногами и смолистый воздух в легких. Разумеется, пейзаж был насыщен многообразием форм жизни: яркие птицы в небе, серая змея на песке и компания дельфинов в море — вот только несколько кадров из подаренного одинокому путнику райского видеоряда.
К тому моменту, когда Арсений узнал место своей высадки, он ничуть не устал. Дальше дорога повела через высокие луговые травы, потом сквозь сосновый лес и опять вывернула на морской берег. Наконец, впереди показалось человеческое жилище, оказавшееся единственным. Кроме окруженного камышовым забором белого домика, вокруг которого сушились многометровые рыбацкие сети, других строений не наблюдалось до самого горизонта. Перед крыльцом стоял тяжелый мотоцикл с коляской, следы от которого Арсений сегодня не раз видел на песке.
— Хозяин! — крикнул Романов сквозь камышовую калитку.
Во дворе не оказалось ни собаки, ни следов ее пребывания, и Арсений смело разлегся под развесистой грушей, на вершине которой дозревали золотые ароматные плоды. По всем описаниям, это и был дом Капитона, с которым нужно быть осторожным. Романов еще раз обошел домик вокруг и вернулся под грушу, не встретив ничего нового, кроме колодца с ледяной водой и грядки с огурцами.
К вечеру хозяин не появился, не было его и к завтраку, когда переночевавший в саду Арсений думал лишь об одном — что вместо костяных тапочек следовало взять в путешествие хотя бы спичечный коробок поваренной соли. Тем не менее, нагретые солнцем огурцы насытили привычный к голоду желудок, и Романов стал ждать дальше. Капитона не было еще два дня, и все это время Арсений питался огурцами и медовыми грушами. Фруктово-овощная диета стала понемногу надоедать, когда под стеной нашлось покинутое гнездо ласточки. Как известно, это блюдо является деликатесом, но для его приготовления требовался огонь, а спички закончились еще в первый день. Вечером третьего дня Арсений решил влезть в дом, чтобы позаимствовать соль и спички. Протестировав окна на предмет закрытости, он заметил открытую форточку, влез на подоконник и попытался дотянуться до щеколды.