Прошел церковный служитель, с любопытством взглянул на него, точно поднятый подбородок был ему в диковинку, и за спиной у Сомса слабо зазвенели его ключи. Сомс чихнул, потянулся за шляпой и встал. Ему совсем не улыбалось ходить следом за этим человеком и за полкроны осматривать то, чего он не желал видеть. И с коротким: «Нет, благодарю вас, в другой раз» – он прошел мимо служителя на улицу.
– Напрасно вы не зашли, – сказал он Ригзу, – тут раньше короновали английских королей. Теперь в Лондон.
Верх машины был откинут, солнце ярко светило, ехали быстро, и только на новой дороге, срезавшей путь прямо на Чизик, Сомсу явилась идея, и он сказал:
– Остановитесь у того дома с тополями, куда вы нас возили на днях.
Еще не настало время завтрака: по всей вероятности, Флер позирует, – так почему не забрать ее прямо к себе на конец недели? Платья у нее в «Шелтере» есть. Несколько лишних часов проведет на свежем воздухе. Однако иностранка, которая вышла на звонок, сообщила ему, что леди не приезжала позировать ни вчера, ни сегодня.
– О, – сказал Сомс, – это почему?
– Никто не знал, сэр. Она не прислала письмо. Мистер Блэйд очень сердитый.
Сомс пожевал губами.
– Ваша хозяйка дома?
– Да, сэр.
– Так узнайте, пожалуйста, может ли она принять меня. Мистер Сомс Форсайт.
– Будьте добры в столовой подождать, сэр.
В тесной комнатке Сомс ждал и терзался. Флер сказала, что не может с ним поехать из-за сеансов, а сама не позировала. Что же она, заболела?
От беспокойного созерцания тополей за окном его оторвали слова:
– А, это вы! Хорошо, что приехали.
Такая сердечная встреча еще усилила его беспокойство, и он сказал, протягивая руку: