И о н. С чего ты это взял?
Г е о р г е. В таком случае почему ты прячешься здесь?
И о н. Я не прячусь.
Г е о р г е. Так я тебе и поверил.
Входит Э м и л и я.
Ну давай станцуем разок.
Оба уходят.
В а л е н т и н. Танцуйте, дети. Танцуйте, ночь еще длинная.
И о н (смотрит на часы). Двенадцать часов пять минут.
В а л е н т и н. Она ведь должна была спуститься, да?
И о н. Кто, Мара? И ты туда же, вслед за этим злыднем?
В а л е н т и н. Твоя правда, ты в самом деле ждешь трамвай.
Спускается М а р а в вечернем туалете.
М а р а. Добрый вечер, принимаете меня в ряды танцующих?
Ион встает с кресла и молча застывает.
В а л е н т и н. Ты посмотри, как он окаменел!
И о н (Маре). Почему ты так оделась?
М а р а. Как именно?
И о н. Не знаю. Как тогда.
Гонг.
Все сидят вокруг стола. Музыка. П е т р е и о ф и ц и а н т что-то ищут в подшивке газеты «Спорт». И л я н а стирает платком пот со лба В а с и л е.
В и к т о р. Я читал твою работу о неизменяемой глагольной форме — деепричастии.
Г е о р г е. И ничего не понял, держу пари.
И о н. Ты уже одно сегодня проиграл.
В и к т о р. На этот раз он выиграет. Я действительно мало что понял.
В а с и л е. Предлагаю выпить за поэзию.
И л я н а. Тсс. Помолчи.
В а с и л е. Почему я должен молчать? Не буду молчать. Да здравствует поэзия! (Иляне.) Ты хочешь, чтобы я произносил тост с пустым бокалом?
Иляна наполняет его бокал минеральной водой.
Это что такое?
Г е о р г е. Вода. Ха-ха-ха.
П е т р е (ликующе). Вот оно! Пожалуйста! Внимание, слушайте, как писала пресса: «Исключительный гол, из немыслимо трудного положения». Будьте любезны, «исключительный гол».
Г е о р г е. Положение немыслимое — стало быть, офсайд.
П е т р е. Те-те-те, господа, не будем путать божий дар с яичницей. Немыслимо трудное положение — это значит, что я стоял на земле только одной ногой.
Г е о р г е. Да, но она-то и была в офсайде. Читай датскую прессу.
П е т р е. Откуда ты взял датские газеты?
Г е о р г е. У одного португальского туриста.
П е т р е. Это розыгрыш, Георге, португальских туристов не бывает! Кто-нибудь из вас видел португальских туристов?
Г е о р г е. Спроси товарища генерального директора.
В и к т о р. Не приставайте ко мне, дайте спокойно поесть.
Входит П у й к а, неся на подносе чашки кофе.
П у й к а. Кофе готов, прекрасный-распрекрасный, варила собственноручно! (Официанту.) Учтите, в ящике с сахаром — тараканьи следы… Кто хочет кофе?
И л я н а. Василе.
В а с и л е. Ничего подобного! Не хочу я кофе! Не нужен мне кофе!
И л я н а. Милый, помни, что ты мне обещал. (Дает ему чашку кофе.)
В и к т о р. Кофе слишком горячий, предлагаю немножко потанцевать. Давайте периницу!
О ф и ц и а н т. Танцуйте на здоровье, пленка поставлена.
В и к т о р. Предложение принято?
В а с и л е. Единогласно!
Г е о р г е. Откуда ты знаешь, ты что, успел посоветоваться с «группой товарищей»?
В и к т о р. Помолчи-ка ты, уксусная эссенция!
Г е о р г е. Есть помолчать!
В и к т о р. В конце концов, почему бы нам и вправду не решить этот вопрос демократическим путем? Кто за периницу? (Поднимает руку.) Ну?
«Голосует» только Василе и после некоторых колебаний Иляна.
Хорошенькое дело! Неужели вам не хочется плясать и целоваться под звуки периницы?
И о н. Не манит она, как раньше. Это танец не для семейных.
П у й к а. Тем, которые без жены, он, конечно, очень на руку.
И о н. Шш! Не лезь…
П у й к а. А вот и буду! Что с того, что он генеральный директор? Где ваша жена, товарищ директор?
В и к т о р. Эк чего! Далеко моя жена! На фестивале.
Г е о р г е. Еще бы! Раз она жена генерального директора.
В и к т о р. Опять ты задираешься? Она поехала не как жена, а как актриса.
Г е о р г е. Есть и другие актрисы.
В и к т о р. И они ездят.
Г е о р г е. Когда?
В и к т о р. В свой черед.
Г е о р г е. Вот в этом-то и суть.
В и к т о р. Может, и так, но мне неохота ссориться.
И о н. Да что там говорить, Ирина — выдающаяся артистка; какого черта…