Д е д. Хоть бы одну настоящую засуху еще застать… Увидеть землю в трещинах от жажды… знаешь, как птенцы разевают клювики, когда мать летит с червячком. И подсолнух пожухлый, с рыжими листьями… И трещины в долине, как после землетрясения. Дожить бы! Эх!
Т е т к а А н и к а. Брось, ты не завтра помирать собираешься. У тебя никак здоровая болезнь. (Смеется.)
Д е д. Завтра? Завтра — нет. А что сегодня?
Т е т к а А н и к а. Вторник.
Д е д. Вот! Тот самый вторник. Все мужики в нашем роду отошли во вторник… А бабы… как попало. Таковы уж вы, бабы.
К у м а И о а н а. Эй, дед, не задевай нас. Мы в преклонных годах, грехи наши тяжкие. Скрипим — не поймешь с чего да откуда.
Д е д (подымает крышку гроба и собирается уходить). Значит… вторник.
К у м а И о а н а. Послевторник, после дождичка в четверг.
Т е т к а А н и к а. Постой, дедушка, погоди. Пусти и нас под крышу. (Берет заступ.)
Д е д. Валяйте да побыстрее… уже вторник начинается…
К у м а И о а н а. Сейчас, еще разок потопчу проклятую. (Пляшет на месте, где захоронена кукла. Заклинает.)
(Падает на колени.)
(Бьет земные поклоны.)
(Бьет земные поклоны.)
Д е д. Быстрей. Напомни ей, чтоб ложку вечером в горшке не забыла, а то бессонница замучит. Ха-ха!
К у м а И о а н а. Выйдешь, когда мы тебя вынем! (Тяжело бежит за остальными.)
Д е д (держа крышку на плечах, как стреху, под которой укрылись бабки). Чтоб не прознали как-нибудь, что это вы завязали тучи, загнали их в бочку. Ну и попадет же вам! Что вы сторожили раньше?
Т е т к а А н и к а (вздыхая). Господи, что за холод!
Д е д. А ну, постойте! (Кладет крышку наземь и честит их.) Уж не наоборот ли вы заговаривали ливень? Кажись, еще пуще разгневали непогодь…
К у м а И о а н а. Не балуй языком — подавишься. (Тетке Анике.) А ты еще попробуй, есть еще заговор… наговор… отговор…
Т е т к а А н и к а. Ладно тебе. Дело пойдет на лад.
Д е д. На лад, вестимо. Не на разлад же. Главное не простыть.
К у м а И о а н а. Земля-то вся простыла!
Т е т к а А н и к а. Подними-ка свой навес!
Д е д (взваливает крышку на плечи, бабы лезут под нее). Хоп! Что-то она потяжелела.
К у м а И о а н а. Ты что делаешь, богатырь? Не качай… прямо льет со стрехи. Платок жалко…
К у м а И о а н а и Т е т к а А н и к а. Дождь перестал! Дождь перестал… Дождь перестал…
Через неделю. Полянка в лесу. Посреди нее — вековой дуб с огромным дуплом. Изредка молнии. Дождь все льет. Появляется Т и т у.
Т и т у (поскользнувшись). Гляди, я еще скольжу куда-то…
Г о л о с С и л ь в и к и (за сценой). Э-гей, остановись!
Т и т у. Если остановлюсь, налетят дятлы… подумают, что я дерево. И начнут долбить… чтобы спрятаться… ведь только мы и остались целыми…
Г о л о с С и л ь в и к и. Как ты думаешь, день сейчас или ночь?
Т и т у. День… это точно. Раннее утро. Теоретически, конечно. Уже с неделю не видно в двух шагах.
Г о л о с С и л ь в и к и. Слышишь — перепелка!
Т и т у. Что-о?
Г о л о с С и л ь в и к и. Сова.
Т и т у (прислушивается). Слышу.
Г о л о с С и л ь в и к и. Она думает — ночь. Вот и накликает беду.
Т и т у (смеясь). Значит… мнения относительно времени у птиц разделились.
Г о л о с С и л ь в и к и. Все грибы своими шляпками приветствуют бурю. (Смеется.)
Т и т у (серьезно). Если ливень не перестанет, у тебя также вырастет шляпка и ты превратишься в грибочек…
Г о л о с С и л ь в и к и. В поганку?
Т и т у. Да нет. (Смеется.) В боровик!
Г о л о с С и л ь в и к и (испуганно). Господи! Ветер узлом завязал шею аисту!
Т и т у. Птенцы падают из гнезд…
Г о л о с С и л ь в и к и. Злой, пакостный Змей косит по тучам… Стеной ложатся полосы ливня…