Д и о г е н. Желая покончить с ними, ты начнешь с меня?
П а с и ф о н. Диоген, хватит шуток! Такие люди, как ты, очень нужны обществу. От тебя молодое поколение научится добру, уважению к истине, человечности, свободе.
Д и о г е н. Глупец! И пророком афинского возрождения ты выбрал именно меня? Хочешь, чтобы я собрал вокруг себя афинян и вливал им в уши целительные речи, подобно сумасшедшему Демосфену? Убирайся отсюда, пока я не прогнал тебя камнями!
П а с и ф о н (не обращая внимания на угрозы Диогена). Тебе не нужно собирать людей, они сами придут тебя послушать.
Д и о г е н (взбешенный). Послушай, Пасифон! Послушай, болван! Если ты пришел, чтобы предложить мне должность в государстве, немедленно убирайся, пока я не вонзил в тебя клыки. Не суй пальцы в пасть злой собаки! Ты хочешь, чтобы мы были друзьями или чтобы стали сообщниками?
П а с и ф о н. А ты как хочешь?
Д и о г е н. Я хочу, чтобы ты оставил меня в этой бочке, а спасением родины занимался сам. Я…
П а с и ф о н. Замолчи!
Д и о г е н. …на этот ваш мир! Какое мне дело до вас, а вам до меня? Давай оставим друг друга в покое, и ты увидишь, как прекрасно мы заживем, и вы и я.
П а с и ф о н (сердито). Диоген, я сыт по горло этим твоим миром, от которого несет праздностью и ленью! Ты родился от человека, а не вылез из бочки. Ты не можешь жить только ради этого (показывая на бочку), пока тебя окружают люди, которые так в тебе нуждаются.
Д и о г е н (пожимая плечами). Но я в них не нуждаюсь.
П а с и ф о н (в ярости повышая голос). Это ложь, которую ты выдумал, чтобы стоять в стороне, наблюдать, издеваться над другими и ничего не делать! (Кричит.) Ты лгун и подлец!
Д и о г е н (истерично кричит, не имея доводов для защиты). Не ори на меня!
П а с и ф о н (спокойно). Диоген, поверь мне, ты не можешь оставаться в этом своем мире (показывает на бочку), он слишком мал. Когда-нибудь ты задохнешься в нем.
Д и о г е н (неожиданно вздрагивает). Откуда ты знаешь?
П а с и ф о н (изумленно). Что именно?
Д и о г е н. Я тебе что-нибудь говорил?
П а с и ф о н. О чем?
Д и о г е н (облегченно вздыхая). Значит, не говорил.
П а с и ф о н. Я не знал, что у тебя есть от меня секреты.
Д и о г е н. Один-единственный.
П а с и ф о н (угрюмо). Значит, ты никогда до конца не верил в мою дружбу.
Д и о г е н (избегая объяснений). Это совсем другое, совсем другое. (Раскрывает ему объятия.) Вот, признаю, что я свинья.
Напряженность мгновенно исчезает, оба смеются.
П а с и ф о н (смеясь). Что же это за секрет такой?
Д и о г е н (в совершенно ином состоянии духа). Секрет моей смерти.
П а с и ф о н (смеясь). Вот ты уже и умер?
Д и о г е н. Нет, глупец! Когда я решу, что пришло время умереть, но только если я буду в этом уверен, я перестану дышать и…
П а с и ф о н (поглощенный технической стороной дела). Ты заткнешь себе рот и нос?
Д и о г е н (не входя в технические подробности). Глупости! Откажусь дышать и не буду.
П а с и ф о н. Невозможно! Для этого нужна сверхчеловеческая воля. Ни один человек не может себя заставить не дышать.
Д и о г е н. Дело не в воле, а в гармонии. Когда душа достигает полной гармонии с телом, все возможно.
П а с и ф о н (смеется). Твой секрет — самая большая глупость из всего того, что я слышал.
Д и о г е н (тоже смеется). Ты прав. (Внезапно становится серьезным.) Но так будет!
По свидетельству летописцев он умертвил себя именно таким способом.
П а с и ф о н. Не слишком ли рано мы рассуждаем о смерти?
Д и о г е н. Если не рассуждать сейчас, после нам будет страшно об этом говорить.
Приближаются н е с к о л ь к о ч е л о в е к, среди которых мы узнаем старых друзей Пасифона. Здесь же К р а т е с и Г и п п а р х и я.
К р а т е с. И Диоген и Пасифон сразу! Я даже и не мечтал о такой желанной встрече!
П а с и ф о н. Привет, Кратес!
Д и о г е н (в состоянии крайнего напряжения подходит к Гиппархии). Гиппархия!
Г и п п а р х и я (не двигаясь). Прости меня, Диоген.