Л и я. Вы довольно забавно пародируете. Не помню, в каком фильме я видела такой персонаж.
Петре делает жест отвращения.
Вы довольны?
П е т р е. Откровенно говоря, я уже сожалею, что паясничал. «Это была минута хорошего настроения; вообще-то мой критический склад ума не становится достоянием посторонних, но я сделал исключение, потому что сначала вы мне понравились». Следует цитата в цитате: «То было благоухающее дуновение чувства, но аромат развеялся и скука вновь захватывает владение, где начертано мое имя». (Кланяется.)
Л и я (смеется, «представление» Петре сняло с нее напряжение). Почему вы так часто пародируете? И зачем столько цитат? Зачем вы так торопитесь?
П е т р е. Если бы я хотел произвести впечатление, я сказал бы, что это печать века. Но я не хочу… Какие сигареты вы курите?.. Не говорите «Кент», у меня их нет. Если любите «Снагов», возьмите. Сегодня не тот день, когда у меня водятся иностранные сигареты.
Л и я. И тонкий и резкий. Теперь бы вам еще стать симпатичным.
П е т р е. Я не актер театра или кино.
Л и я (шутливо). Тем не менее вам все время хочется нести околесицу. Или изрекать: «Надеюсь, я не испортил настроение госпоже Эллиот». (Серьезно.) Видите, и у меня иногда появляется желание гикнуть.
Пауза.
П е т р е (опасаясь возможного сентиментального перемирия). Не хотите ли организовать на пару союз по гиканью и выкрикам?
Л и я. Совсем не остроумно…
П е т р е. Вопрос остается в силе.
Л и я. Я ценю вашу искренность, но найдите ей другое применение.
П е т р е (растерянно). Извините. Как это понимать? Что у вас действительно есть жених?.. Что вы мать четверых детей, из коих двое — близнецы — родились в поезде, в то время как вы снимали на пленку встречу профсоюзной делегации из Ютландии? Что вы любовница какого-нибудь начальника отдела эстрады и что он, как всякий скромный женатый мужчина, очень ревнив?.. Удивительное дело: одной простой фразы, брошенной наугад без особой цели, хватило, чтобы у вас сработали все защитные рефлексы. Поверьте, я не сделал ни одного ядовитого намека.
Л и я. Ни одного?
П е т р е. Я чист как… слеза. (Разражается смехом.)
Л и я (тоже смеется). Ну ладно.
П е т р е. Помиримся?
Л и я. Разве мы были в ссоре? (Пауза.) Вы очень забавная личность. У вас какой-то запутанный ход мыслей, неожиданные ассоциации, и все только затем, чтобы не казаться банальным… Да еще эта манера изводить собеседника, пародируя излишнюю чувствительность и прочие… сентиментальности… Собственно говоря, кого вы ненавидите или презираете и откуда такая сила ненависти?.. Какие враги обошлись с вами так жестоко, что вы не забываете нанести удар, даже если разговариваете с девушкой?..
П е т р е. Я и враги!.. Разве вы не слышали? У меня нет никаких проблем, мое будущее обеспечено, передо мной открыты все пути, и не только подъездные пути, уверяю вас. Кого же я могу ненавидеть при данных обстоятельствах? Сожалею, но должен вас разочаровать: ваша интуиция на сей раз вам изменила. Вот к чему приводит поспешное диагностирование. Изучайте меня не спеша и внимательнее… Надеюсь, вы разглядите живого человека.
Л и я. Мне кажется, я все же права. Не забудьте, у меня глаз наметан. Я вас хорошо понимаю, но не могу заключить в определенные рамки. Очень уж вы неугомонны.
Петре, довольный, отвешивает поклон.
Тем не менее я хочу составить себе о вас мнение.
П е т р е. Встретимся еще. Если я к тому же смогу вам быть полезным для интервью…
Л и я. Опять вы за свое?..
П е т р е. Ладно, ладно… Я перестану изображать из себя пресыщенного сердцееда: «Знаешь, милая, вновь открылся танцевальный зал. Не пойти ли нам туда в четверг после обеда? У них три саксофона и великолепный ударник — такого даже в «Красном и Черном» нет. Паркет натерт до блеска, так что скольжение обеспечено. Сведение счетов, драки и лузганье семечек в холле рядом с туалетом».
Л и я. Ну и ну!.. А это у вас откуда?
П е т р е. Вы забываете, что я прохожу практику в Бухаресте, в суде. Можно продолжать?
Л и я. Нет, хватит.
П е т р е. Тогда что дальше?
Л и я. Я уже говорила, что не до конца разгадала вас. Я еще не знаю, что вы за человек. Чего вы хотите…