В е д у щ а я (продолжает запись на портативный магнитофон). Извините…
В е д у щ и й. Нет, это вы меня извините.
В е д у щ а я. Извините, но я осмелюсь задать вам вопрос интимного характера. Вы женаты?
В е д у щ и й. Да. Я женат… но, простите, не понимаю, какая связь…
В е д у щ а я. У вас есть дети?
В е д у щ и й. Да. Двое. Мальчишки-близнецы.
В е д у щ а я. Вы знаете, что они ели сегодня на обед?
В е д у щ и й. Я не понимаю… зачем… впрочем, как хотите… Не знаю, меню составляет моя жена.
В е д у щ а я. А чистоту в доме кто поддерживает? Кто ведет хозяйство…
В е д у щ и й. Жена, конечно… Но какая связь…
В е д у щ а я. А эту рубашку, эту роскошную полосатую рубашку, кто гладил?
В е д у щ и й. Право, не понимаю, в какой мере телезрительницам и телезрителям интересно знать, что моя жена, моя любимая жена, встала сегодня без пяти пять, чтобы отгладить мне манжеты и воротничок… А вы когда-нибудь гладили рубашку в полоску?
В е д у щ а я. А вы когда-нибудь гладили комбинацию в цветочек?
В е д у щ и й. Каюсь, виноват: я никогда не гладил комбинацию в цветочек. Должен сделать еще одно компрометирующее меня признание. Моих малышей тоже родила моя жена. Хотя было бы справедливее, чтобы она родила одного из близнецов, а я — второго. Но я ретроград, а она еще недостаточно эмансипирована и потому согласилась родить обоих.
В е д у щ а я (сладко). Верю, верю, поскольку знаю вас. Не лично, конечно. Я знакома с вашим творчеством, слежу за вашими передачами. Я бы сказала, что даже числю себя вашей поклонницей, именно потому я и задала вам вопрос интимного характера. Я это сделала не из любопытства — хотела обратить ваше внимание на маленькую деталь. Вы — репортер, и только, а ваша жена и швец, и жнец, и на дуде игрец. Так кто же, как не она, является соавтором ваших передач, хотя имя ее в титрах не указано. Поэтому я предлагаю… Хотя поднять бокал за ее здоровье здесь мы не можем… Так что же предложить… Впрочем, ваша подруга жизни наверняка смотрит передачу, впитывает каждое ваше слово. Тогда… Я предлагаю почтить минутой молчания вашу жену, вашу любимую жену, которая…
В е д у щ и й (резко встает, но, овладев собой, снова тоном профессиональной любезности). Я предлагаю, уважаемые телезрители, маленький антракт, или, лучше, — маленькое развлечение. Послушайте вашу любимую песню. (В сторону.) Дайте вторую студию!
В студии антракт.
В е д у щ и й (резко). Ты что, хочешь вылететь немедленно или… подождешь до завтра?..
В е д у щ а я. Я же не хотела… Я отказывалась участвовать в этой передаче… Я им говорила, что не желаю иметь дело с типом, который…
В е д у щ и й. Я тоже не хотел… Я тоже им говорил, что не желаю иметь дело с личностью, которая…
В е д у щ а я. Которая — что?
В е д у щ и й. Которая устраивает цирковое представление… Разыгрывает спектакль. Так вот, имей в виду: женщины не могут тебя видеть, мужчины не желают о тебе слышать.
В е д у щ а я. Обо мне-е-е?
В е д у щ и й. Да, о тебе! Ты не даешь никому рта раскрыть, ты останавливаешь людей на улице и выясняешь, кто гладит им манжеты.
В е д у щ а я. Это ты про меня? Про меня, которую все знают, всюду приглашают… Один зритель из Констанцы даже сделал мне предложение… Я получаю кучу писем.
В е д у щ и й. Только, пожалуйста, не говори о письмах. После твоих передач мы получаем тысячи возмущенных писем. Сколько анонимок вынуждены читать еженедельно! Рассказать тебе, кто был тот гражданин с обвислыми усами, в круглых очках — левый глаз минус две с половиной диоптрии, — с которым ты ехала трамваем номер шестнадцать в первый день пасхи в восемнадцать часов двадцать минут и сошла на последней остановке?
В е д у щ а я (ошеломленно). Почему они ко мне вяжутся?
В е д у щ и й. Хотят от тебя отвязаться!
В е д у щ а я. Чтобы привязаться к тебе!
В е д у щ и й. Хватит! Все! Кончено!
В е д у щ а я. Ничего не кончено. Ничего никогда не кончается.
В е д у щ и й. Послушай, ты женщина с самолюбием. Вбей себе в голову, что бывают ситуации, в которых даже господь бог… Ситуации законченные! Необратимые! Как времена года!-За осенью — зима. И никогда наоборот. Никогда!
В е д у щ а я. Трус.
Т у ц и (в телефон). Плут! Врешь! Врешь! Этот бездельник Нику научил тебя налопаться мела, чтобы поднялась температура, и тогда ты улизнешь от географии, не будешь рисовать Африку. Ну, Санду, подожди, я приду домой и задам тебе такого жару, какого не знает даже пустыня Сахара. (Другим тоном.) «Вперед! В передовые!» Киноинтервью «Сильная женщина». Ролик четыре. Фонограмма!