В скиту монастыря Кутлумуш подвизался один славный Старец, к которому приходили на исповедь и за духовными наставлениями многие отцы Святой Горы. Однажды пришел к нему один Старец, в каливе у которого был послушник, охваченный унынием. Уныние грызло его, словно червь, грусть и меланхолия были его постоянными спутниками, и их сменяло порой отчаяние. Опасность была велика, так как, если бы послушник не нашел способа вырваться из тисков уныния, он мог бы подвергнуться искушению покинуть Святой Афон.
Поэтому Старец этого послушника и привел его к богодухновенному Старцу. «Отец мой, — сказал он ему, — скажи, что мне делать с ним. Он может пропасть. Разум его замутнен, ни к чему не проявляет интереса. Живет, словно темным облаком окутанный, мысли у него разбегаются. В каливе у нас созданы для него очень хорошие условия. Физической работой не перегружен, его послушание — только читать на службах».
Опытный духовник внимательно выслушал его, немного подумал, а потом очень просто сказал:
"Жени его!"
Старец был ошеломлен. «Что случилось с духовником? — подумал он, — В своем ли он уме?»
«Говорю тебе: жени его,» — твердо повторил тот.
«Отец, что ты имеешь в виду?» — вопросил Старец дрожащим голосом.
«Жени его на труде! Загрузи его работой! Понимаешь? Монаху работа должна заменять жену, чтобы избежать и уныния, и многих других искушений». Когда Старец применил этот совет и стал каждый день давать ученику своему работу, понял, насколько добрый он получил совет. Подавленность молодого человека исчезла, вернулся интерес к жизни, в каливе снова воцарилась радостная атмосфера. То было благотворное влияние труда.
Отец Кодрат хорошо знал эту историю и при необходимости рассказывал ее. Но что более важно, он на себе испытал правила монашеской жизни, большое внимание уделяющие важному значению физического труда для подвизающихся в скитах и обителях.
Однажды отца Кодрата пришел навестить Игумен Святопавловского монастыря.
«Где Старец?» — спросил одного из монахов.
«Он внизу, в дочейо (кладовая монастыря)»
В тот день там солили сардины — делали запас на год. И, конечно, по обыкновению, Старец был первым в работе.
«Старче, ты здесь?» — спросил Игумен, спускаясь вниз.
«А как же, брат мой? — ответил отец Кодрат. — Ты же знаешь, рыба с головы гниет».
Говоря это, он продолжал аккуратно укладывать сардины слоями, пересыпая их крупной солью. Слова его были назидательны. Он показал примером и словом, что Игумен должен быть образцом трудолюбия и служения, должен осознавать глубокую ответственность своего положения и примером своим наставлять послушников. Именно Игумен направляет жизнь обители. Если он отклонится от правильного пути, то все в монастыре будет приходить в упадок и разрушение.
Отец Кодрат знал, что труд смиряет и освящает тело и душу. Соединенный с молитвой, он становится песнью, прославляющей Того, Кто «и поныне трудится», ведет к обожению, соделываясь молчаливым гимном, который поют Творцу все творения Его.
Истинный игумен
Добрый пастырь
Немного можно вспомнить игуменов на Святой Горе подобных отцу Кодрату. Он был наделен даром пастырским. Можно даже сказать, что он родился, чтобы быть духовным наставником. С того времени, когда он взял в свои руки бразды правления в монастыре, управлял братией наилучшим образом и превратил обитель в истинную обитель, живущую высокодуховной жизнью.
Истинный пастырь выказывает любовь, ибо любви ради распялся Пастырь.
«Истинный пастырь есть тот, кто может погибших словесных овец взыскать и исправить своим незлобием, тщанием и молитвою («Лествица»). «Пастырь добрый душу свою полагает за овцы» — сказал Господь (Ин. 10:11) — Первый Пастырь и Глава Церкви. И отец Кодрат был истинно добрым пастырем, хорошо знавшим свой пастырский долг, любящим чад своих духовных и болезнующим душой о них, готовым ради паствы своей на самоотречение и самопожертвование Он забывал о собственных желаниях и нуждах. Забот и времени тратил на себя ровно столько, сколько нужно было для поддержания жизни. Все труды его, заботы, действенная любовь с утра до вечера день за днем принадлежали пастве его.