Духовное родство
Духовный отец
Сияние святости отца Даниила было видным далеко. Священники, монахи, миряне (многие и из умнейших людей) из разных мест Греции похвалялись тем, что были его духовными детьми и следовали его советам без сомнений.
В Фессалониках жил известный человек именем Николас Ренгос, высокопоставленный чиновник почтового ведомства, обладавший твердой верой и имевший личные добродетели. Движимый усердием о Христе, он посвятил свою жизнь миссионерству. Добрые христиане города приходили послушать его в храм св. Харлампия на подворье Симонопетра. Кроме того, Николас издавал журнал под названием «Христианство». Его преданность старцу Даниилу основывалась на большой его любви. На одной фотографии Николаса, хранящейся в Катонакии, есть такая надпись: «Моему досточтимому духовному отцу, следующему после Бога и Пресвятой Девы спасителю, выведшему меня, грешного, на истинный путь спасения».
Николас всегда охотно изменял свои планы, если Старец говорил, что нужно нечто опубликовать в первую очередь. Его же духовный Отец, тронутый таким послушанием, возносил обыкновенно о нем свои усердные молитвы:
«О, Боже, благословляющий и милость подающий верным рабам и чадам Твоим, тем, кто ради любви к Тебе отвергается воли своей и суждений своих и на щит воздымает полное послушание и благословенное смирение, Ты, любвеобильный и милосердный, приими под покров Свой раба Твоего, сына моего духовного Николаса, дом его и всех братьев его во Христе… дабы не подпали они козням бесовским, и даруй им исполнения стремления их — спасение и жизнь вечную. И как ты благоволишь к нищим духом, кротким, чистосердечным, к тем, кто верен Тебе, так и ныне призри на смиренного раба Своего Николаса и всех учеников его и даруй им то, что чрез святых Апостолов даровал Стефану и иже с ним (Деян. 6 — ред.) и всем другим, послушным проповедям святых Твоих».
Смерть Старца была самым скорбным событием в жизни Николаса. Когда он, несколько лет спустя, посетил каливу учеников отца Даниила, то облил дорогой череп учителя своего потоком слез и отер драгоценным миром, специально для этого привезенным.
До конца собственной жизни Николас Ренгос отличался добродетельностью, милосердием, чистотой. Временами в нем бывал явлен пророческий дар, когда он действительно предсказывал события, которым надлежало совершиться позже Об этом свидетельствовала дочь его Анна пред автором этих строк сохранилось множество писем старца Даниила к Николасу, свидетельствующих о тесной связи между ними. Некоторые отрывки из них помещены в конце нашего рассказа о Старце.
Письменные советы старца Даниила часто получал и отец Филофей Зервакос и другие отцы Лонговарда.
Еще одним духовным сыном Старца был архимандрит Георгий (Папагеоргиадис), известный писатель и наставник, поставленный в 1942 году митрополитом Неврокопии.
Нам довелось познакомиться и с кавсокаливским монахом, долгожителем — отцом Пантелеймоном (Гиамасом), также учеником Старца. Когда мы спросили его об учителе, он не смог найти слов для достойного рассказа.
«Он был моим духовником. Изо всех мудрейший и проницательнейший. Он врачевал души и многих исцелил от заблуждений. Что бы он ни говорил, все оказывалось верным-.»
«Как показывает история монашества, много трудятся бесы, чтобы охладить отношения между старцами и их учениками, придумывая всевозможные трюки. Чего только не делают они, чего не придумают, чтобы отделить учеников от отцовского окормления. Они внушают претензии, например, выдумывая якобы справедливый гнев на старца…» (Феодор Эдесский) И горе ученикам, соблазненным врагом. Ничто не спасет их от всепожирающей власти ада.
И среди учеников старца Даниила были двое обманутых врагом. Не избежал падения один из первых его учеников, взбунтовавшись против учителя и повергнув его в скорбь. Он оставил каливу ради идеи своей «спасти мир». «Не уважая церковные авторитеты, а полагаясь на мирян, на знать, думая, что выполняет высшую миссию, он, к несчастию, не прислушался ни к слову духовного отца, ни к слову братии, ни к слову священнойачалия. Он верил, что получил задание от Бога, и ему нужно было наблюдать за добрыми делами в миру,» — как писал Старец.
Кроме прочего, он на свои нужды использовал деньги от продажи икон и добровольные пожертвования, что должен был доставить в Катонакию на потребности братии.