Тома трудов святителя Иоанна Златоуста хранятся и сегодня в библиотеке каливы отца Даниила и свидетельствуют собой о единстве и гармонии двух душ, что ныне на Небесах наслаждаются «союзом любви вечной».
Попечения святых
Письма святых особенно дороги и поучительны. Благодать их благословенных душ проливается в них естественно и нестесненно. В письмах их можно почерпнуть нечто неизвестное по другим трудам о их повседневных заботах. Можно знать о желаниях их душ, о предпринятом ими. Например, чтобы понять внутренний мир святителя Василия Великого, нужно отвлечься от его произведений и изучить чудные письма ею, раскрывающие величие этого человека.
Чем жил святитель Нектарий? Какими были его внутренние устремления и что предпринимал он для осуществления их? Что и насколько удалось? Следующее письмо хранится в каливе старца Даниила, оно свидетельствует нечто о жизни Святого.
«Из святого женского монастыря Пресвятой Троицы в Эгине, 18 августа 1913.
Преподобный брат во Христе Даниил, братски обнимаю Вас.
Я взял на себя смелость, зная о любви Вашей к нам, доверить Вашему попечению дело, представляющее для нас большой интерес.
Вам известно, что мы хотим купить келью на — Святой Горе, где- нибудь с южной стороны, с садом, водой и, если возможно, также и с небольшой церковью, потому что имеем план поселить там одного или двух своих духовных чад, желающих жить монашеской жизнью на Святой Горе. Через некоторое время, когда освобожусь от множества забот, которыми обременен в монастыре, сам приеду для врачевания душевного на Святую Гору
Далее, прошу Вас также позаботиться о том, чтобы найти хорошего добродетельного Старца, который возьмет на себя руководство нашими новообращенными духовными чадами, нуждающимися в хорошем наставнике, чтобы он вел их путем духовной брани и поддерживал их словом и примером собственной духовной брани. Лука Каланчис, который доставит Вам письмо сие, сообщит все остальное.
Заканчиваю, обнимаю и остаюсь Вашим молитвенником пред Богом,
Нектарий Пентапольский.
Р.S. С моим посланником отправляю также две своих новых работы: два тома «О расколе» и две работы о Церкви и Священном Предании.
Жду Вашего ответа».
Плодотворение и урожай
Письменные труды Старца. Написание и публикация
Старец Даниил, которого так хорошо знал и почитал весь православный народ в Греции, получал обильную корреспонденцию. Его чада духовные, из разных уголков Греции, также, как и многие из более отдаленных мест, наслышанные о мудрости его, писали ему, желая получить совета, разъяснения духовных вопросов и решение проблем.
Обстановку кабинета Старца составляла единственная небольшая табуретка. Сидя на ней и положив на колено бумаги свои, он писал с редким даром. Много тихих вечеров провел он так — писал при слабом свете керосиновой лампы, отрывая время от сна. Что касается сна, то для отшельников это не господин, а послушный раб. Это у всех отшельников, но особенно было — у старца Даниила. Он был воином Христовым, сторожевой башней, поставленной в пустыне, чтобы бдеть за ухищрениями врага, рыщущего днем и ночью в погоне за душами.
Часто, окончив письмо, Старец шел в иконописную мастерскую и читал там монахам, смиренно принимая замечания и предложения.
Люди, получавшие письма Старца, хранили их как бесценные сокровища. Мораитидис, более тридцати лет переписывавшийся с ним, сказал о письмах: «Если их опубликовать, они составят самое духовно приятное и душеполезное чтение». В иных письмах обсуждаются важные вопросы, иные очень длинны, как, например, письмо «К Евдокиму монаху о том, будут ли помилованы еретики и неправославные из-за невежества своего, если они совершают богоугодные дела» (6 авг. 1910).
Помимо писем старец Даниил, не знавший отдыха, написал более семидесяти сочинений на богословские и общие духовные темы, современные и прочие. Чтобы эти работы стали известны более широко и могли принести большую пользу, ему пришлось позаботиться об их публикации. Об этом — следующее письмо:
«Что касается брошюр, прошу тебя, не беспокойся. Даже если изобретательный змей позавидовал и намного отсрочил наши платежи, ранее или позднее свои долги за печатание мы вернем. Только приложи максимум усилий, чтобы Емилиан мог тоже иметь какую-то сумму, а я позабочусь, чтобы прислать тебе вскоре тысячу драхм, а в ближайшем будущем и остаток, потому что я не хочу, чтобы ты, вкладывая столько труда, еще и пострадал материально» (24 феврь 1924, Николасу Ренгосу).