Арнольд снял трубку. Через несколько минут привели Бруно. Крейцер велел ему сесть, а потом спросил:
— Бруно, сколько раз вы проделывали махинацию с «вартбургом» доктора Николаи?
Бруно боязливо покосился на Кривица и ничего не ответил.
— Бруно! Твой дядя ничего тебе не сделает, — сказал Крейцер. — Его ты можешь больше не бояться. Итак, сколько человек вы обманули?
— Семь, — прошептал Бруно. Крейцер кивнул.
— Вот это правда. Точная правда. В прокате «яву» брали семь раз. Впрочем, к этому мы еще вернемся. А сколько денег вы выманили у людей?
— Не знаю. Я не получил ничего. Этот гад давал мне лишь несколько марок, чтоб расплатиться за бензин и прокат. А так все кормил меня «завтраками».
— Он верно говорит, господин лейтенант, — с жаром вмешался Кривиц, — я не хотел деньгами развращать племянника, вы ведь знаете, какой он у нас неуравновешенный. Он начал бы пить, а то и похуже начудил бы что-нибудь. Вот я и хотел уберечь племянника — при его умственном состоянии…
— Сколько денег вы выманили?
— Да так тысяч тридцать, господин лейтенант.
— Где же они, эти деньги? Кривиц пожал плечами.
— Накладные расходы были очень велики, сами понимаете. А кое-что я потратил. Почти ничего и не осталось, почти ничего.
— За четыре месяца вы промотали тридцать тысяч?
— Да.
— Ну ладно. Расследуем и это. И уж во всяком случае, позаботимся о том, чтобы вы возместили все убытки до последнего пфеннига. Для этой цели вам наверняка дадут достаточный срок. И не надейтесь, что Бруно вам поможет. Его вынудили к сообщничеству, а из денег, выманенных у людей, он не получил ни гроша. Скорей всего, мы поместим его не в тюрьму, а в неврологическую клинику, чтобы он мог там отдохнуть от своих милых родственников.
Во второй половине того же дня в кабинете Крейцера собрались четыре посетителя, а именно: доктор Николаи, его сын Дитер, инженер Кранепуль и пекарь Ленкейт.
К тихому отчаянию Крейцера, воздух в его кабинете сгустился до удушливости из-за докторской сигары и Кранепулева самосада. Он откинулся назад и чуть пошире открыл окно у себя за спиной. Но надежда, что хотя бы Арнольд поймет этот тонкий намек, не увенчалась успехом. Он незамедлительно, причем с самым невинным видом, раскурил сигарету, пятую — Крейцер сам подсчитал.
— Показания господ Кранепуля и Ленкейта, а также очная ставка с Бруно неопровержимо изобличили Вальдемара Кривица как преступника. Я прошу вас подписать протоколы, они лежат в соседней комнате, и на этом мы можем считать нашу сегодняшнюю беседу завершенной. Благодарю вас за содействие.
Крейцер встал, но остальные не выказали ни малейшего желания последовать его примеру.
— У меня к вам еще несколько вопросов, — сказал доктор Николаи. — Если это не противоречит вашим служебным предписаниям, я хотел бы получить на них ответ.
— Охотно дам. — Крейцер даже попытался изобразить приветливую улыбку и с тайным вздохом снова опустился на стул.
— Не можете ли вы объяснить нам, — начал Николаи, — как у Кривица вообще появилась идея заняться подобным мошенничеством?
— Здесь можно дать следующее объяснение: пока и поскольку спрос на известные товары, например на. автомашины, превышает предложение, всегда найдутся мошенники, которые способны извлечь выгоду из этого обстоятельства. По мере увеличения производства таких возможностей становится все меньше и меньше. К сожалению, эти элементы всегда находят питательную среду благодаря легкомыслию и легковерию тех, с кем они имеют дело! Этот упрек в известной мере адресован вам, господин Кранепуль, и вам, господин Ленкейт. Если хочешь вести дела с человеком, которого не знаешь, непременно надо требовать от него удостоверение личности. Кривиц явно рассчитывал на вашу халатность, как мы видим, не без оснований.
После множества уверток Кривиц наконец сознался, и оказалось, что мысль торговать «вартбургами» у него возникла после того, как он случайно подслушал в мастерской зятя разговор двух владельцев «вартбургов». Они говорили о том, что могут выручить бешеные деньги за свои автомашины. После этого Кривиц стал подыскивать среди клиентов своего зятя подходящую кандидатуру, и его выбор пал на вас, господин доктор, поскольку ваша машина в очень хорошем состоянии, а кроме того, можно заранее узнать, когда вы оставите ее на целую ночь на неохраняемой стоянке возле здания клиники.
Итак, Кривиц продумал план во всех деталях и пришел к убеждению, что без помощника ему нечего рассчитывать на успех. Он пытался вовлечь в эту аферу своего племянника, но племянник отказывался — до тех пор пока однажды ночью дядя не подкараулил его, когда тот выносил с чужой дачи пишущую машинку. Теперь Бруно был у него в руках и он мог сделать его своим послушным орудием, ибо Бруно панически, смертельно боялся отца.