— Просите. А если придет господин Трёстерлинг, пусть немного подождет. Я покончу с этим делом как можно скорее.
Он коротко поздоровался с Гролем и спросил:
— Вы, кажется, в отпуске?..
— Конечно, конечно, — рассеянно отвечал комиссар, — но шляпа… понимаете, я забыл свою шляпу!
Метцендорфер с недоумением посмотрел на него. Потом решил не касаться этого странного довода и сказал:
— У меня мало времени, господин Гроль, каждая минута уже расписана. Вы это понимаете.
Гроль кивнул и повертел сомбреро у себя на коленях. Он внимательно осмотрел засаленные, мятые поля, прежде чем взглянул на адвоката, и спросил:
— Вы собираетесь купить новую машину, господин Метцендорфер, — «боргвард изабеллу», насколько я осведомлен?
— Да, конечно, — наморщив лоб, сказал адвокат, — но, по-моему, сейчас не время и здесь не место…
Гроль чуть приподнял руку, унимая вскипавшую в Метцендорфере злость.
— Минутку терпения! — попросил он. — Мой вопрос не такой праздный, как вам кажется. А правда ли, — продолжал он, — что господин Брумерус любезно предложил вам свое посредничество?
— Да, — сказал адвокат.
— Отлично, — продолжал Гроль, — как же обстоит дело? Вы не отказались от своего намерения?
Метцендорфер помедлил с ответом.
— Я, собственно, передумал, — сказал он. — Серьезных пороков у моего «мерседеса» нет, а небольшие поездки, которые я обычно предпринимаю…
— Ну, — возразил Гроль, — в Бернеке он вас все-таки сильно подвел, не правда ли?
— Верно! — согласился Метцендорфер. — В Бернеке — да. К тому же… Понимаете, когда моя машина стоит рядом с машинами моих клиентов… — Он пожал плечами. — У меня в основном состоятельная клиентура, предприниматели и тому подобное… — Он вздохнул. — Выглядит это не очень хорошо.
Гроль кивнул головой.
— Вот именно, вот именно, — сказал он. — Об этом я как раз и думал.
Метцендорфер откинулся в кресле и насмешливо сказал:
— Вряд ли, однако, вы тоже хотите продать мне «боргвард изабеллу» в порядке, так сказать, свободной конкуренции с господином Брумерусом?
— Упаси боже! — Гроль протестующе поднял руку, но тут же улыбнулся. — Нет, господин Метцендорфер. Но… — он наклонился вперед, — если у вас действительно есть такое намерение, то мне было бы очень желательно, чтобы вы приступили к делу как можно скорее. — Глядя в сторону, он прибавил: — Ведь никто вас не заставляет сразу принять решение. Но посмотреть машину, совершить пробную поездку…
Метцендорфер напряженно думал. Что-то должно было заставить комиссара сделать это неожиданное предложение.
— Прямо сегодня же? — спросил адвокат. — И вы тоже поехали бы со мной?
Гроль улыбнулся.
— Отвечаю на первый вопрос: да, сегодня! Я приехал сюда с Грисбюлем из Бернека, вернее, с автозаправочной станции. Когда я прочел то, что вы рассказали, господин Метцендорфер, у меня возникло одно подозрение. Поездка в Бернек укрепила его. Но этого недостаточно. Я должен удостовериться, и по возможности сегодня же. Грисбюль, не желая того, связал меня определенным сроком, который истекает восемнадцатого или девятнадцатого октября. А сегодня пятнадцатое. — Он потер ладонью лысину. — Мне нужно немедленно кое-что проверить у Брумеруса, но сам я появляться не должен, а он не должен знать, что именно проверяется. — Комиссар улыбнулся еще раз. — Вот ответ на ваш второй вопрос! Грисбюль ждет меня со своей машиной внизу. Мы проводим вас до Мюнхена. — Метцендорфер помедлил. Тогда Гроль сказал: — Ничего не могу обещать, но, может быть, неожиданно удастся оказать помощь Марану. — Адвокат все еще нерешительно смотрел на Гроля. Комиссар прибавил: — Помощь, какой он вообще не может представить себе. Вы, господин Метцендорфер, должны были бы мне, собственно, доверять.