Девятое сентября. На моем чердаке тишина, я опять один и…
Я наклоняюсь к магнитофону и выключаю его. Прокурор и Григораш уставились на меня в недоумении. Я встаю, делаю несколько шагов по комнате, смотрю на часы и оборачиваюсь к моим коллегам:
— Согласитесь, это слишком серьезно, чтобы… Три кассеты! Это наверняка не меньше чем три тетради, исписанные от первой строчки до последней. По-моему, не имеет смысла слушать это здесь. Я предлагаю взять с собой магнитофон и кассеты…
— Все кассеты, а не только эти три, — подчеркивает Григораш.
— Разумеется, все… Послушаем их у нас, без спешки… Кто знает, какие сюрпризы нас еще ждут?
— Хоть я и умираю от любопытства, что там еще в этом «дневнике», — заявляет прокурор, — но я согласен с вами. А с мальчишкой, кстати, что будем делать?
Я совершенно позабыл об этом воришке, снедаемом угрызениями совести.
— Послушаем для начала эти три пленки, там решим… Даже если и прощать его, придется все-таки с ним поговорить построже… правда, для начала его надо найти!
Мы покидаем мансарду, вновь опечатываем дверь. В какой же раз нам приходится этим заниматься?!
18
Времени у нас было предостаточно: мы внимательно и не торопясь прослушали «дневник» Кристиана Лукача, обсудили его, сличили с остальными данными, имеющимися в деле, и пришли к определенным заключениям, которые и суммировали в плане наших дальнейших действий. Вот в каком виде мы представили его на утверждение полковнику Донеа:
1. Послезавтра, в 18 часов, на следующий день после похорон Кристиана Лукача, в городскую прокуратуру будут приглашены для очной ставки: а) Паскару Тудорел; б) Ставру Петронела; в) Братеш Валериан; г) Мокану Виктория.
2. До очной ставки майор Григораш В. и капитан Роман Л. должны взять у Ставру Петронелы и Братеша Валериана отпечатки пальцев. Отпечатки третьего из проходящих по делу, Паскару Тудорела, уже имеются в отделе борьбы со спекуляцией.
3. Капитан Роман Л. разыщет малолетнего похитителя магнитофона и установит, есть ли необходимость его вызова в прокуратуру.
Итак, последнее «действие драмы» будет разыграно на «подмостках» прокуратуры. От «поднятия занавеса» нас отделяет не более десяти минут, «исполнители» — Тудорел Паскару, Петронела Ставру и Валериан Братеш — уже на месте. К сожалению, одно из главных действующих лиц, Лукреция Будеску, отсутствует по не зависящим как от нее, так и от нас причинам.
«За кулисами» дожидаются своей очереди еще два «артиста» на второстепенные роли — Виктория Мокану и Дорин Петре. Сигнал для их появления на сцене будет дан капитаном Поварэ, исполняющим в данном случае обязанности «помощника режиссера». На нашем представлении будут и два «зрителя»: мать Петронелы (которая попросила разрешения присутствовать на финальной стадии следствия и по моему настоянию получила на это согласие) и Лили, моя собственная невеста. Ей это разрешение было дано опять же по моей просьбе. Так случилось, что она — в тот день, когда мы смотрели Алена Делона в «Зорро», — была свидетельницей завязки этого дела, его «пролога», так почему же ей не присутствовать и на эпилоге? В результате будем считать, что я раздобыл для нее «контрамарку».
Спектакль, имеющий быть разыгранным в декорациях прокурорского кабинета, оснащен и необходимым реквизитом: магнитофон Кристиана Лукача, сберегательная книжка, принадлежащая ему же, шприц и ампула из-под морфия. Но появятся они на столе лишь тогда, когда я найду это нужным.
Перед «третьим звонком» я спрашиваю Бериндея, заготовил ли он ордер на арест.