Подлетая, еще издалека замечаю поднимающийся дым. Немного, не прям толстенный столб дыма, но все же заметен. Спустя несколько мгновений вижу уже больше деталей. Мы все же опоздали, но еще не совсем. Пусть нападение и произошло, но дом держится, оборона еще не сломлена. Есть надежда, что еще не поздно и ничего непоправимого не произошло.
В воздухе кружит штурмовик и палит из всех орудий по щиту здания, пытаясь просадить его, а несколько небольших отрядов бойцов что-то мутят на земле, расположившись полукругом вокруг дома. Судя по следам, они успели ударить, нанести какой-то ущерб, и только потом включился щит, отрезав здание от нападающих.
Прямо под моим взглядом щит вдруг на секунду мигнул, отключившись. Вот же дерьмо, он явно на последнем издыхании или барахлит. В любом случае хреново. А как же то, что он способен выдержать чуть ли не орбитальный удар? Что-то я ничего такого тут не вижу, только один несчастный штурмовик, а ему при всей его огневой мощи далеко до орбитального удара.
Скольжу взглядом по открывающейся картине, пытаясь прикинуть план действий. Понятно, что нужно вмешаться, и сделать это как можно скорее, пока щит окончательно не вырубился, вопрос лишь в том, как именно поступить. Кого атаковать первым? Что делать?
Я сюда примчался самым первым, остальные отстают от меня минимум на полминуты-минуту. И судя по тому, что я вижу, просто дождаться прибытия остальных наших сил нельзя. Надо как-то разобраться хотя бы со штурмовиком, вывести его из боя, от него больше всего проблем сейчас.
Прикинув, понимаю, что в текущих условиях самый лучший вариант — банальный таран. Я просто больше ничего не могу сделать. Обстрелять его из винтовки? Ну-у, может быть, однако сильно сомневаюсь, что это позволит мне быстро достичь нужного результата. А оружия мощнее у меня с собой нет. И вообще, откуда эти гады достали военный штурмовик? И как они смогли на нем спокойно прилететь сюда? Это даже не бот, а явно военная и опасная техника, передвижение которой в пределах планеты жестко контролируется. Сплошные вопросы. Но с ними потом будем разбираться.
Направляю на всей скорости аэрокар прямо на кружащую над нашим домом машину. Пусть и не сразу, но пилот все-таки заметил мой маневр и, отвлекшись от обстрела дома, попытался уклониться, но слишком поздно. Миг, столкновение, мощный удар, аэрокар смяло, словно какую-то жестяную банку из-под газировки. Но своего я все же добился. И пусть не удалось взорвать штурмовик, но вот снести его с места и свалить на землю — вполне.
Меня выбило из кресла водителя и куда-то швырнуло. Не помогли ни ремни, которыми я был пристегнут, ни другие системы безопасности, отработавшие как должно. Все вокруг смазалось. Удары, рывки, полет куда-то… Несколько долгих мгновений, и я осознал себя валяющимся на земле.
Вроде бы живой. Бросаю взгляд на сводку от Эклайза по моему состоянию. Слегка потрепало, но приемлемо, серьезных травм нет, броне досталось сильнее, но и она вполне выдержала и продолжает функционировать. Можно с уверенностью сказать, что я легко отделался.
Вскакиваю на ноги и оглядываюсь по сторонам, оценивая обстановку. Почти сразу же замечаю рухнувший неподалеку штурмовик. Хоть и не уничтожил его, но сбил, надеюсь, летать он в ближайшее время не сможет. Немного дальше видно то, что осталось от аэрокара после столкновения на такой скорости, это все же гражданская машина, а не боевая техника, и на такое она явно не рассчитана и превратилась практически в металлическую лепешку.
Упали мы немного в стороне от дома и тех, кто штурмует его. Произошедшее, скорее всего, заметили, но пока вроде бы никто не бежит сюда с целью узнать, как дела. Возможно, думают, что их штурмовик без проблем пережил такое, раз взрыва не было.
Нужно закончить со штурмовиком, пока есть возможность. Сорвавшись с места, несусь к нему, выхватив винтовку из креплений на броне. Пока признаков того, что кто-то собирается снова попробовать поднять технику в воздух, нет, но это мало чего значит, нужно убедиться, что эта машинка не взлетит и не ударит по нам снова.
Подскочив к нему, быстро оббегаю, осматривая. Как и думал, повреждения не критичные. Да, я сумел сбить его на землю, но на первый взгляд он вполне целый и может взлететь. И мне нужно не дать ему сделать этого. Входной шлюз задраен, вскрывать его запарюсь. Пробоин в корпусе нет.
Подбежав к кабине пилота, выставляю максимальную мощность на винтовке и начинаю палить по стеклу там, надеясь, что этого хватит, чтобы разбить его. Щит вырубился, так что некоторые шансы есть. Несколько выстрелов почти вплотную, и стекло пошло трещинами. Сквозь него вижу пилота, обмякшего в кресле и удерживаемого лишь ремнями. Непонятно, мертв он или просто без сознания, но на происходящее пока никак не реагирует. И есть ли там еще кто-то?
Еще парочка выстрелов, и стекло лопнуло. Заскакиваю внутрь. Пилот? Жив, гад, просто вырубился. Оставляю его пока и пробираюсь дальше вглубь штурмовика. Не успел пройти и нескольких метров, как нос к носу столкнулся с пошатывающимся бойцом, шедшим к пилоту. Миг ступора, во время которого я раздумывал, что сделать со встреченным противником — убить или попытаться захватить его живьем, а он, кажется, просто тупил, выстрел, и противник рухнул со здоровенной дырой в груди, так и не успев ничего сделать.
Быстро обыскав штурмовик и убедившись, что больше никого в нем нет, возвращаюсь обратно в кабину пилота. Спихиваю пилота на пол, связав перед этим, и занимаю его место. А почему бы не попробовать использовать штурмовик самому? Глупо отказываться от такого.
— Ну-с, попробуем, — говорю вслух и начинаю запускать машину, вырубившуюся из-за столкновения и жесткой посадки.
Несколько кликов по управляющей панели, и она начала оживать. И данные обнадеживающие — повреждения хоть и имеются, но все основные системы, за исключением щита, исправны, тот чего-то отрубился и совсем не хочет запускаться. Но и так сойдет, главное — в состоянии летать и стрелять, а большего от него и не требуется.
Поднимаю штурмовик в воздух. И пусть со скрипом, причем буквальным из-за немного деформировавшегося корпуса, но он взлетел.
Связываюсь с Цербером. Тот ответил почти сразу же.
— Штурмовик не трогайте, — говорю ему, понемногу набирая высоту.
— Почему?
— Я его захватил.
— Что сделал? — удивленно спросил он, но почти сразу же добавил: — Хорошо, принято.
— Вы где?
— Уже на месте, десантируемся.
— Отлично.
На этом наш недолгий разговор завершился. Набрав высоту, веду штурмовик в атаку. Вижу наших, они высаживаются немного в стороне, выпрыгивая из аэрокаров прямо на ходу. Вижу врагов, немного в стороне от них. Бойцы пока еще не смешались, и это отлично. Открываю огонь из всех орудий по вражеским отрядам.
В первое мгновение они не поняли, что происходит, почему их атаковал свой. Готовились отражать удар в спину и совсем не обращали внимания на небо, предполагая, что оно все еще контролируется ими. Но потом все же среагировали и начали разбегаться в разные стороны, стараясь выйти из зоны поражения. А еще у них нашлось оружие помощнее винтовок, которое они не поленились сразу же пустить в дело.
Бросаю штурмовик в сторону, уходя от ракеты. И почти сразу же снова приходится маневрировать, уклоняясь от еще одной ракеты. Получилось, но вот от мощного энергетического заряда, прилетевшего следом, уйти уже не успел.
Штурмовик сильно тряхнуло, а управляющая панель тревожно замигала, сообщая об отказе систем и различных сбоях. Блин, всего лишь одно попадание, и столько проблем. Недовольно ругаясь сквозь зубы, упорно продолжаю удерживать штурмовик в воздухе и поливать врагов из его орудий. Огонь не прицельный, убиваю вряд ли много кого, но прижать их к земле, сковать — это вполне получается.