— Тебе помочь? — спросила она, потому что невыносимо было видеть расстроенное лицо Дика.
— Помоги, — неожиданно согласился он и хитро улыбнулся. — Почисти за меня зубы!
— Никогда! Зубы каждый чистит сам. Давай быстрее, — поторопила его Натали и вышла. Мир был восстановлен.
— Натали! — закричал Дик. — А мы правда пойдем кататься на лодке?
— Правда. Одевайся.
— А папу возьмем?
— Возьмем. Если он захочет.
— Ну все, иди. Через пять минут буду.
После завтрака, проводив отца, Натали решила, что ждать больше не стоит. Они до сих пор не знают, что имеют друг к другу самое непосредственное отношение. То есть Натали знает, а Слейтер думает, что она всего лишь дочка профессора. Он даже не обратил внимания на то, что Дик спокойно и легко общается с ней. Ему в голову не приходит, что они знают друг друга. Какой же сухой тип! Он вообще что-нибудь замечает вокруг?
Вернувшись в гостиную, Натали застала ту же картину, которую наблюдала утром: Рене ворковала, а Слейтер покорно внимал ее пустой болтовне. Неужели ему это гораздо интереснее, чем… Чем — что? Дик убежал к себе, Натали провожала отца, а Рене взяла инициативу в свои руки. Только и всего. И у нее совершенно нет никаких причин так злиться.
— Мистер Слейтер! — обратилась она к его спине громко и очень официально.
— Вы можете называть меня Вэл, — поправил он ее, моментально поворачивая голову, как будто только и ждал, когда она за ним придет.
— Я буду называть вас так, как мне удобно, — невозмутимо ответила Натали, которая приготовилась к бою. — Надеюсь, вы можете оторваться от интересной беседы и уделить мне пару минут.
— Натали! — Рене подняла свои нарисованные брови. — Неужели это нужно делать именно сейчас? Мы так интересно беседуем…
— Если вы настаиваете, то я к вашим услугам. — Вэл поднялся с кресла, в которое его буквально силой усадила эта потрясающая брюнетка. Она была ослепительно хороша, но у него уже начала гудеть голова и замелькало в глазах от ее нескончаемой речи. Он даже плохо понимал, о чем она говорит. Хорошо, что Натали спасла его. Лучше молчать с ней, чем говорить с Рене.
— Спасибо, — чинно произнесла Натали. — Если вас не затруднит, попрошу пройти со мной в библиотеку.
— Не затруднит. — Вэл постарался, чтобы иронии в голосе было ровно столько, сколько нужно. — Разве это трудно? — Старый дурак, он же просто откровенно кокетничает с этой девочкой, а она делает вид, что не замечает. Если они останутся наедине, никто не поручится, что ему не придет в голову все-таки попробовать на ощупь ее кожу, а может быть, и на вкус…
Натали закрыла за собой дверь, указала рукой на стул с прямой спинкой, куда он должен был сесть, и сложила руки на груди.
— Ну к чему такие церемонии, — попытался пошутить Вэл. — Вы тоже можете присесть.
— Присяду, когда сочту это возможным, — заявила Натали, продолжая стоять перед ним.
— Тогда говорите, а потом уже сочтите, пожалуйста, потому что мне так неудобно. Я напоминаю себе ученика пятого класса перед грозной учительницей.
— Я не стала бы шутить на вашем месте, — спокойно ответила Натали и взглянула на него. — Я хочу поговорить с вами о Дике.
— О Дике? — Вэл удивился, но опять попытался превратить все в шутку. — Он что-то натворил? Вошел к вам, когда вы принимали душ?
— Вы еще хуже, чем я думала, — в отчаянии воскликнула Натали, которая никак не могла заставить себя быть жесткой. Она вдруг увидела, что у него добрые и очень несчастные глаза, даже когда он так неуклюже шутит.
— Вы что-то думали обо мне? — искренне удивился Вэл. — Мы знакомы всего около часа. Когда же вы успели что-то обо мне подумать. Тем более при чем тут мой сын? — Последнюю фразу он произнес уже абсолютно серьезным голосом.
Натали поняла, что сама виновата. Надо было сразу сказать, кто она такая.
— Да, я думала о вас. Дело в том, что я куратор вашего сына. И это мои отчеты вы получаете каждый месяц. Если, конечно, у вас доходят до них руки, — не удержалась она от язвительного замечания.
— А, — протянул Вэл, теперь уже с новым чувством разглядывая девушку. — Так это вы решили, что моему сыну будет гораздо лучше, если власти решат, что я ненадлежащим образом выполняю свой отцовский долг. Интересно, вы-то сами представляете, что значит жить у чужих людей при живом отце?
Натали совсем растерялась: он перевернул ситуацию и как-то ловко взял инициативу в свои руки. По его словам получалось, что это она делает все, чтобы мальчик был сиротой при живом отце… Ничего себе!