И раз уж никакой лжи, то и чувство юмора. И внешность. И тело. Боги, я собиралась поклоняться его члену до конца дней. Но ему я об этом, конечно же, не скажу. Иначе эго Ройса вытолкнет меня из машины.
– Зефирчик, я собираюсь трахнуть тебя в этой маске.
Глава 18. Джиджи
Я проснулась от приятного напряжения, гудящего под кожей. Тихий стон сорвался с губ, когда горячий язык кружился по клитору. Мои глаза распахнулись, а низ живота сжался от предвкушения. Ройс зарылся лицом между моих ног, творя своим языком и пальцами что-то невероятное. Я хотела коснуться его, но мои руки оказались прикованы наручниками к изголовью кровати.
– Зефирчик, – поздоровался он, играясь указательным пальцем с клитором. Я едва не задохнулась от возмущения, – как спалось?
– Ройс, какого чер…, – он ввел в меня два пальца, заставляя с силой прикусить губу. Оргазм зарождался внизу живота, но судя по хитрому выражению лица Ройса, так просто он не отдаст его мне.
– Хорошие девочки не сквернословят, – заметил он. Рычание переросло в крик. Ройс задевал точку глубоко внутри меня. Теперь большой палец дразнил набухший клитор.
– Сними наручники, – прошипела я. Он приподнялся, продолжая ласкать меня пальцами. Требовательные губы накрыли сосок. Я закрыла глаза. Волны удовольствия били по телу, которое готово было взорваться от внезапно нахлынувших ощущений. Ройс снизил темп, но зато одарил вниманием вторую грудь. – Ненавижу тебя.
– Какая сладкая ложь, – промурлыкал он, – продолжай.
– Как только снимешь наручники, я убью тебя.
– Теперь ты меня заинтриговала.
Он достал из-под подушки ключ и открыл наручники. Но я не успела исполнить угрозу: одним движением Ройс вошел в меня. Его губы обрушились на шею, осыпая ее поцелуями и укусами. Мои глаза закатились, руки запутались в его волосах, прижимая ближе. Каждый толчок подводил к краю. Обжигающее тепло разлилось внизу живота. Ройс крепко сжимал мои бедра. Я обхватила его ногами, уничтожая дюймы между нами.
Ройс покачивал бедрами в такт моим движениям. Жар скользил по коже, щипая ее крупными мурашками. Наши запахи перемешались. Сердца бились в унисон. Я вонзилась зубами ему в плечо, чувствуя приближающийся оргазм. И когда пальцы Ройса щелкнули по клитору, я выкрикнула его имя и обмякла. Смесь боли и удовольствия ошеломительным коктейлем пронеслась по венам. Между ног все еще приятно пульсировало, когда он медленно вышел из меня. Его губы расплылись в довольной улыбке.
– Доброе утро, зефирчик.
Я поздравила Реджину раньше всех. Успела застать ее в комнате, пока она заплетала волосы в косу.
– Привет, Джи, – слабо улыбнулась она, но я заметила, насколько сильно покраснели ее глаза.
– С днем рождения. – Я крепко обняла дрожащую Реджину. Слезы навернулись и на мои глаза. Горечь разлилась на языке, но мне пришлось проглотить ее, чтобы не расстраивать Реджину сильнее.
– Спасибо.
Дверь открылась, и зашел чересчур довольный Броуди. Заметив наши объятия, он обхватил нас и прижал к себе.
– Тебе разрешили убить Юрия? – Пробормотала я.
– Просто хорошо потренировался, – неопределенно ответил он. – Пойдемте завтракать.
– Дайте мне минутку, – попросила Реджина, – Джи, сможешь позвать Тару? Нам нужно успеть посадить огурцы.
Я кивнула. Никто не комментировал внезапную страсть Реджины к садоводничеству. Все понимали, что она просто пыталась себя чем-то занять.
Проигнорировав счастливого Ройса, который с широкой улыбкой разбивал яйца на сковородку, я взбежала на второй этаж. Дверь в комнату Тары оказалась открыта. Меня встретило розовое безумие, большая кошачья этажерка и постеры с корейскими мальчиками. Тара сидела на полу в окружение книг. Рядом с ней лежал лист А4, усеянный разноцветными стикерами. Она переворачивала страницы, отклеивала их и лепила на бумагу.
– О, привет Джи, – улыбнулась она.
– Что ты делаешь? – Любопытно спросила я и устроилась в кресле.
– Отклеиваю стикеры. Я не буду перечитывать эти книги. Отнесу их в библиотеку.
– А что ты ими отмечаешь?
– Все, что понравилось. Что заставило меня смеяться, нервничать или плакать. Почему ты пришла ко мне последней? – Внезапно спросила Тара, а я не совсем поняла, что она имела в виду. Смятение отразилось на моем лице, и Тара поспешила объяснить, – Ты узнала прошлое Ройса, Минхо, Билла и Пэйдж. Почему я последняя?
– Я не разговаривала еще с Алекс и Джексом, так что ты не последняя.