— А меня отрезали от возможности управлять ими. Не уследили, один мутировавший успел добраться до управляющей консоли и заблокировал мне доступ. Все, что я после этого мог, — лишь наблюдать и управлять отдельными системами корабля, но ничего серьезного. Я пытался сопротивляться, мешать им, но толку-то…
— Что сделал мутировавший экипаж?
— Заразил всех остальных. После завершения мутации они оказались способны на такое.
— Они порождали этих слизней?
— Нет, заражение происходило иначе, напрямую. Зараженные внедряли в тела обычных крэев некую биологическую капсулу, которая, попадая в тело, распадалась и запускала процесс изменения.
— Почему вы не закончили все, пока еще была такая возможность и когда стало понятно, к чему все идет?
— Вначале пытались найти источник заражения. Потом вычищали его. Потом искали способы лечения. Потом пытались обезопасить гражданских. А потом стало слишком поздно.
— Что было дальше?
— Мы уловили сигналы, признаки разумной и довольно развитой цивилизации. Ковчег направился туда. Нас там встретили пусть и не агрессивно, но насторожено. Лучше бы нас расстреляли еще при первом контакте, однако этого не сделали. Мы вступили в контакт, наладили отношения с местными, а потом начали заражать всех. Вначале в этой звездной системе, потом в других. И они не были готовы к такому. Однако пусть и не сразу, но поняли, что что-то не так, и очень быстро нашли виновника. Началась война. Зараженные использовали все способы для распространения и в войне не пренебрегали ничем. Местные проиграли. Война закончилась быстро и жестоко. Большая часть представителей встреченной нами расы была обращена, остальные уничтожены. Правда, те, кто сопротивлялся, в самом конце успели выпустить какой-то очень заразный и живучий вирус, убивший почти всех зараженных. Вы приехали.
— Что? Приехали? Куда? — переспрашиваю, будучи полностью мыслями в рассказе ядра.
То, что оно тут рассказывает, звучит невероятно. Мы ни с чем подобным не сталкивались, и, если это правда, придется менять все меры безопасности. Хорошо, что у нас большая часть дроиды, жуки вряд ли смогут их мутировать в силу их полнейшей металличности.
— Да, вы прибыли. Вам нужно сходить с платформы и дальше своим ходом добираться.
— Ага, — только и отвечаю, спускаясь с платформы. Судя по присланной ядром карте, идти нам осталось недолго. — И чем все закончилось?
— Мне это неизвестно. Ковчег бросили тут. И если за ходом войны я еще как-то мог наблюдать, то вот после того, как она завершилась…
— Кто-то из зараженных выжил?
— Не знаю, но допускаю, что вполне могли. Это логично, они же не тупые жуки. А вирус — это вирус, у него есть свои ограничения. Пусть большую часть из них он и успел уничтожить, кто-то, скорее всего, сумел выжить.
— Я не совсем понял момент с заражением крэев, находившихся в гибернационных капсулах, как жуки проникали внутрь?
— Капсулы не герметичны в обычном состоянии. Вентиляция, охлаждение и все такое. В них хватает отверстий, через которые могли проникнуть слизни, особенно учитывая их способность просачиваться практически куда угодно. Капсулы же становятся герметичными лишь в случае агрессивной среды снаружи, там стоят специальные датчики. Мы не изучали подробно этот вопрос, нам хватило самого факта возможности заражения, хватало других проблем.
— А не могли сделать их герметичными?
— Могли, но это серьезно удорожало их.
— И что, вы, когда выяснили, что происходит, не предприняли хоть что-то, чтобы спасти еще не зараженных?
— Почему же? Предприняли. Мы принудительно перевели все капсулы в герметичное состояние. Только толку, слизни, может, и не могли туда больше проникнуть, но это и не было нужно, зараженный экипаж прекрасно справился сам, выводя гражданских из гибернации и сразу же заражая их.
— И никто из просыпавшихся ничего не понял?
— Поняли, но было уже слишком поздно. Ковчег полностью контролировали зараженные, что-то сделать еще нормальные крэи уже не могли. Может, будь у них больше времени, что-то и придумали бы, но времени у них как раз и не было — все они уже были заражены, и к моменту осознания ими ситуации их дни были сочтены.
— Неужели зараженные никак внешне не отличались, не вызывали подозрений?
— Нет. Внешне это были почти те же самые крэи, изменения были минимальны и не бросались в глаза. Большая часть изменений была внутренней и перестроила тела почти полностью, при этом сохранив практически неизменным внешний вид. Это было настолько искусно, что даже не верилось в реальность такого. Подобная перестройка — вот так, из-за одного жука, проникшего в тело? Не в лаборатории или еще где-то с использованием специального оборудования. Но это было, и это факт.