— Может, она и впрямь ничего не может, — произнес Дмитрий, с досадой взглянув на девочку. — Мне уже начинает казаться, что это не она убила «костяного». Там ведь были еще дети.
— Нет, это сделала я! — воскликнула Вика. — Просто сейчас не получается.
— Так не может быть. Если ты умеешь ездить на велосипеде, ты поедешь и через час, и через месяц, и через год.
— Я умею двигать предметы! Правда, когда никого нет рядом…
— Ну так каждый может сказать, — Лесков усмехнулся. — Я умею летать, когда никто не видит. А Альберт разводит единорогов. У него их целое стадо. Правда, они появляются, когда их никто не видит.
— Я не врушка! — закричала Вика. В тот же миг он в ярости взглянула на ручку, и прежде чем Дмитрий и Альберт успели понять, что происходит, их с силой отшвырнуло к стене, отчего оба беспомощно осели на пол. Злополучная ручка разбилась о стену, оставляя на ней чернильные брызги. Девочка в ужасе вскрикнула и первой бросилась к Дмитрию.
— Простите! Простите, пожалуйста! — в отчаянии воскликнула девочка. Казалось, она вот-вот разревется. — Я не хотела причинить вам вред. Я хотела, чтобы только ручка отлетела. Клянусь!
— Плохая идея была ее злить, — простонал Альберт, чувствуя боль в ушибленной спине.
— Плохая идея была стоять напротив нее, — вяло отозвался Лесков. От удара у него перед глазами все потемнело. — Успокойся, Вика. Я тебе верю. Я тебя специально подначивал.
— Ну вот и получил, — услышал он растерянный голос Ивана. Блондин наконец приблизился к друзьям и помог им подняться. — Ей же тоже обидно. Вы как, более- менее?
— Мощный удар у твоей дочурки, — Лесков нервно усмехнулся.
— Я только ручку хотела, — взмолилась девочка. — Клянусь!
— Говорю, все нормально. Ты — молодец.
С этими словами Дмитрий выдавил из себя улыбку и ласково потрепал девочку по плечу.
— Надеюсь, никто не против на сегодня закончить тренировку? — предложил Альберт, все еще потирая спину. — Еще один такой полет я не переживу.
— Простите-е-е-е! — Вика выглядела настолько несчастной, что даже самое бесчувственное полено могло понять, что девочка действительно это сделала не специально. — Я больше никогда не буду использовать это колдовство!
— Нет, завтра продолжим. Ты должна научиться толкать именно ручку, а не всех без разбору, — ответил Дмитрий. — Все хорошо. Не переживай.
На этой печальной ноте тренировка завершилась, и Вика с Иваном уже собрались было уходить, как внезапно девочка встрепенулась, словно о чем-то вспомнила.
— Ой, возьмите, пожалуйста, — с этими словами она достала из кармана своей байки сложенный вдвое листок бумаги. — Вы просили, и я вам нарисовала.
Лесков улыбнулся. Он и забыл уже о том, что действительно просил девочку срисовать для него картину Шишкина, которую заметил на обложке ее учебника. Сейчас этот рисунок был ему уже ни к чему — итак выяснилось, что ребенок является полукровкой. Однако, когда он раскрыл листок, Дима понял, что надеялся увидеть Бранн, попросив его нарисовать аллегорический натюрморт. Он изумленно взглянул на девочку.
— Сама рисовала? — недоверчиво спросил он.
— Да, — Вика пожала плечами. — Извините, что не цветная. У меня в наборе был только синий и красный. А тут много разных цветов. Не получилось бы красиво.
— Ты знал, что она у тебя так рисует? — с этими словами Лесков развернул листок в сторону Ивана.
Бехтерев удивленно вскинул брови.
— Я видел ее рисунки — они были обычными. Как у всех детей ее возраста. Это точно не Белова рисовала?
— Я рисовала обычно, потому что учительница сказала, что я обманываю ее и приношу чужие рисунки. Меня постоянно все считали врушкой. Хотя я сама рисовала. Мне было очень обидно.
— И именно поэтому ты смогла разбить ручку, — улыбнулся Альберт. — Хотела доказать нам, что ты — не лгунья…
Когда семья Бехтеревых удалилась, Дмитрий и Вайнштейн еще какое-то время обсуждали случившееся на тренировке. Оба были откровенно изумлены способностями Вики, ведь прежде Альберт был уверен, что у девочек-полукровок таковых вообще нет. Поразило то, что ее глаза не изменили свой цвет во время телекинетического воздействия на ручку, и маленькая Бехтерева не жестикулировала и не выкрикивала какие-то команды. Она поддалась яркой эмоции, на которую ее нарочно спровоцировал Лесков, и у нее получилось. Вот только этого было недостаточно. Нужно было, чтобы девочка научилась использовать телекинез, оставаясь абсолютно спокойной, и при этом не разрушала все на своем пути. Диме и Альберту повезло, что удар оказался слабым — в противном случае их вполне могла постигнуть участь убитого Викой «костяного». Только сейчас, оказавшись наедине, Альберт озвучил эту мысль, и Дмитрий не мог с ним не согласиться. Теперь они должны быть осторожнее. Гораздо осторожнее.