— У меня есть, — ответила она.
— У меня нет доступа к базам.
— У меня есть свои каналы. Медленнее, но есть.
— У меня нет полномочий.
— У тебя есть я, — повторила она. — И у меня есть цель. Этого достаточно.
Он смотрел на неё и думал о том, что всего две недели назад считал её врагом. Потом — подозреваемой. Потом — жертвой обстоятельств. Потом — агентом под прикрытием.
Кем она была на самом деле? Может быть, всем этим сразу. Может быть, чем-то, для чего в его профессиональном лексиконе не было слов.
— Хорошо, — сказал он. — Что у нас есть?
Она достала телефон, открыла карту.
— Сегодня ночью, после нашего разговора, я получила сообщение. «Хранитель» согласен на встречу. Завтра, полночь. Место скажут за час до.
— Это ловушка.
— Конечно, ловушка. Но это единственный шанс выйти на него. Без официального статуса, без прикрытия. Только ты и я.
Он смотрел на карту. На точку, которой ещё не было, но которая уже висела в воздухе, как приговор.
— Если мы проиграем…
— Если мы проиграем, об этом никто не узнает, — закончила она. — Нас просто не станет.
— А если выиграем?
— Если выиграем, — она подняла на него глаза, — ты вернёшь себе работу. Я верну себе жизнь. И, может быть, мы наконец сможем… — она не договорила.
— Что?
— Поспать больше четырёх часов, — она улыбнулась, и в этой улыбке вдруг промелькнуло что-то очень молодое, почти беззащитное. — И, может быть, выпить кофе не на бегу.
Он не улыбнулся в ответ. Но внутри что-то оттаяло.
— Завтра в полночь, — сказал он. — Значит, у нас есть сутки, чтобы подготовиться.
— Сутки, — кивнула она.
— Этого мало.
— Это всё, что у нас есть.
Он кивнул.
— Тогда не будем их тратить.
Они вышли из музея в серый, колючий день. Город жил своей обычной жизнью — машины сигналили, люди спешили, где-то играла уличная музыка. И никто из них не знал, что двое — бывший следователь и женщина без официального статуса — готовятся войти в логово зверя.
Часы на запястье Алексея показывали половину одиннадцатого.
До полуночи оставалось тридцать шесть часов.
Тридцать шесть часов, чтобы решить, кто они друг другу на самом деле. И есть ли у них будущее за пределами этой войны.
Он не знал ответа.
Но впервые за долгое время он был готов его искать.
6 глава
Сутки, которые у них были, превратились в бесконечную череду перемещений, звонков, встреч на нейтральной территории и перекладывания денег из одного тайника в другой. Вероника работала как машина, перебирая контакты, выуживая информацию из своих многочисленных, часто анонимных источников. Алексей наблюдал, учился и поражался масштабу её сети.
К вечеру они оказались в крошечной студии на окраине, которую снимала одна из её подруг-художниц, уехавшая на пленэр в Норвегию. Вероника разложила на столе карты, фотографии, распечатки.
— У меня есть три варианта места, — сказала она, водя пальцем по точкам. — Старый портовый склад — классика, но слишком предсказуемо. Загородный дом в элитном поселке — слишком людно, не их стиль. И… — она замолчала.
— Что?
— Заброшенная усадьба в области. Восемнадцатый век, бывшее имение князей Оболенских. Сейчас принадлежит неизвестному офшору, реставрация заморожена. Место глухое, подъездов много, внутри — лабиринт.
— Откуда знаешь?
— Я там была два года назад. По другому делу. Место… странное. Там чувствуется история. И опасность.
Алексей всмотрелся в снимки усадьбы на её телефоне. Облупившаяся штукатурка, заколоченные окна, но в то же время — благородство старых стен.
— Если они выберут это место, у нас будет преимущество. Ты знаешь планировку.
— Если они выберут это место, — тихо сказала Вероника, — значит, они знают, что я там была. И это часть ловушки.
Алексей посмотрел на неё. В свете настольной лампы её лицо казалось выточенным из слоновой кости — тонким, прекрасным и бесконечно усталым.
— Ты не обязана идти туда одна.
— Я пойду не одна. Ты будешь рядом.
— Я буду в тени. Ты — в центре. Это разные вещи.
— Ты будешь там, где сможешь меня прикрыть. Это всё, что мне нужно.
Он хотел возразить, но она вдруг коснулась его руки.
— Алексей, я делала это много раз. Рисковала, шла по лезвию. Но впервые у меня есть тот, кто прикроет спину. Не наниматель, не коллега по заданию, а… — она запнулась. — Ты.
Слово повисло в воздухе. Простое, без званий и определений. Ты.
Он не знал, что ответить. Вместо этого он спросил:
— Ты ела сегодня?
Она удивлённо моргнула.
— Что?
— Ела. Сегодня. Ты целый день на ногах, пила только кофе и воду. Когда ты последний раз ела нормальную еду?